Вадим послушно выпил воду до дна, а потом сморщился, как печеное яблоко, и разразился страшными проклятиями. Наслушаться таких витиеватых фраз он мог разве что от своих рабочих на стройке.
– Обманула меня! Предательница… Ведьма…
В тепле квартиры его окончательно развезло: речь стала бессвязной, язык заплетался.
– Ты о чем?!
– Врала мне шесть лет, – он помахал в воздухе кулаком, – теперь еще подсунула воду вместо коньяка! Ведьма.
– Господи, – Алла не на шутку перепугалась: ей показалось, он начал бредить.
– Ведь-ма, – Вадим повторил по слогам, – Ал-ла Мак-кей!
Торжественно провозгласив эту несусветную глупость, он снова лег, во весь рост вытянувшись на диване.
– Бред сумасшедшего… – прошептала Алла.
– Твой муж… Маккей… явился сегодня, – слова едва можно было разобрать, – сначала забрал у меня жену… а теперь… еще и компанию. Все!
– Что – все?! – сердце Аллы ухнуло в пятки: она начала догадываться, что в пьяном бреде мужа скрывается ужасный смысл.
– Все! – Вадим резко провел ладонью себе по шее.
– Конец! Шесть лет работы. С нуля. С первого кирпичика. Кого это волнует?!
Он вдруг начал истерически хохотать.
– А эти, дураки! – Пьяный гогот эхом разнесся по всей квартире. – Радуются! Маккей им развалит. Все развалит! Банк умудрился… похоронить… маленькая компания. Раз – два. Вжик!
Он утомился от своего многословия и на несколько минут притих – Алла уже думала, что заснул, но выкрики внезапно возобновились.
– Р-р-раз, – повторил он, многозначительно выпучив глаза и снова проведя ладонью по горлу, – и нету! Болваны… Маккей… генеральный директор!
– Ты можешь толком сказать, что случилось?! Ты встречался с Маккеем?
– С твоим душкой Энди? – Он открыл глаза и посмотрел на нее удивительно ясным взглядом: только невнятный голос выдавал в нем жутко пьяного человека.
– Да-а-а.
– Зачем ему понадобилась твоя компания?! – Алла сжала пальцами виски. – Что ты ему плохого сделал?
– Не-е-ет, – Вадим интенсивно замотал головой, – вопрос неверный! Что плохого ему сделала ты?!
– Я?!
– Почему вы до сих пор не уехали в свою гребаную Шотландию?! Не оставили всех в покое?!
– Вадим, я не понимаю тебя!
– Он любит тебя, что тут непонятного! Ты его тоже.
Это судьба. Знамение свыше!
– Бред!
– Маккей сам сказал! Только шшшш, – Вадим приложил палец к губам, – тебе нельзя говорить, что мы с ним встречались. Потому что ты со мной из жалости. С ним по любви. Вот.
