Даже получив дипломы, они продолжали созваниваться, но потом, как это бывает, потерялись. Но чтобы Сережа, этот смешной и неуклюжий увалень, был в нее влюблен?!
– Может, – Круглов уверенно кивнул, – девушка ты красивая. Судя по студенческим фотографиям, нисколько не изменилась.
– И где Сережа сейчас?
– В Москве. Работает адвокатом. С женой недавно развелся. Сейчас это у всех, похоже, традиция, – Иннокентий Семенович тяжело вздохнул. – Сама-то замужем?
– Развожусь, – впервые она произнесла это слово спокойно. Боль все еще была, но она уже не мешала дышать.
После событий последних дней расставание с Вадимом казалось чем-то далеким. Удивительно, но даже телефонный разговор с ним не разбередил прежних чувств: Алла всего лишь поделилась своими бедами с близким другом.
– Я же говорю, – Круглов расстроенно покачал головой.
– Мы не специально, – по-детски оправдалась она."
"– Это понятно… Хорошо, хоть детей родить не успели. Им от этих разводов, не побоюсь этого слова, хуже всего. Или у тебя есть?
– Нет.
– Надо же, – Иннокентий Семенович обрадовался, – давай я тебе телефон Сережки дам! Позвони ему как-нибудь.
– Вы что, – Алла заулыбалась, – поженить нас решили?
– Это вы сами разберетесь, – несостоявшийся тесть сосредоточенно рылся в нагрудном кармане пиджака, – но ты ему обязательно позвони! Мало ли…
– Я партия неподходящая, – Алла хмыкнула, – работу потеряла. Нахожусь под следствием.
– Тем более, – он бережно, словно драгоценность, вытянул из кармана визитку сына и протянул ей, – должен же тебя кто-то спасти!
– Я обычно сама…
– Глупая, – Иннокентий Семенович улыбнулся, – настоящего мужчину хлебом не корми, дай спасти любимую женщину.
Эх! Еще бы женщины это понимали!
Так и не дождавшись от своей нерасторопной официантки второго блюда, он, завидев другую девушку в переднике, нетерпеливо махнул рукой. Через мгновение на столе появилась тарелка с котлетами и пюре.
– Я прочел твои показания, – он взялся за вилку с ножом, – а теперь расскажи, как ты во все это вляпалась? Давай с предисловия.
Алла, наблюдая за торопливой работой приборов, начала со злополучного вечера, со встречи с Вадимом и потом подробно, во всех деталях, пересказывала события последних дней. Следователь время от времени согласно кивал или, наоборот, осуждающе качал головой.
– Вы снимете обвинения? – закончив рассказ, Алла доверчиво заглянула ему в глаза.
– Не могу, – Иннокентий Семенович нахмурил брови, – надо урода, сбившего ребенка, найти. И, конечно, избавиться от заявления.
