Я ахнула и тут же подбежала к нему — лечить! Меня поймали в объятия, амулет блеснул на его шее. Я просунула руку в плотное кольцо его рук, взяла амулет и вытаращилась, как бык на корову. Ш-шестнадцать? Вывернулась из его рук, отлепила его пепельную гриву от спины и… покраснела. Теперь все мои мужья будут знать, что Это я люблю просто больше всего на свете!
— Что? — спрашивали кентавр и русал у ржущих эмиссов, сайнов, нагов и остальных.
— Таи! — простонал Бат, — Ты просто чудо!
— Я не виновата! Просто это такое… это сильнее меня, вы ведь знаете! — Трой мрачно усмехнулся, Дилоос кивнул и такое послал по связи…
— Что там? — спросил мой надеюсь последний муж.
Молча и даже не глядя на него, вызвала два зеркала.
— Ты ещё не знаешь, почему? — спросил его Релль. Отрицательный жест, — Милая? Ты ещё не пробовала его?
— Нет еще! Релль, — угрожающе протянула я. Гаргул долго рассматривал свой знак, его глаза сверкали от эмоций, — Прости. У каждого из вас есть знак на спине. И… твой похож на знак Релля и Дилли, — прижала губы к его уху, — Я хочу попробовать тебя… Сегодня же!
— Знак.
Номер. Я твой муж? — уточнил гаргул. Я смущённо похлопала глазами. Нежная, осторожная ласка… Он привлёк меня к себе и восхищённо шептал, что я… ну там много всего… Я таю…
— Идём за крыльями? — спросил Рашш.
Святилище было глубоко под горой. В большом зале было тёмное озеро. Вода неподвижная, она даже не отразила свет магического пламени!
— Мы не входим в озеро — это смертельно опасно! Крылья под водой.
— Я чувствую их! — едва не плача от близкой победы, я металась на берегу, — Как мы вытащим их?
Все мужья глубоко задумались.
Вперёд вышел Рашш.
— Таи! В прошлый раз-с в лаву полез твой горгон. Пусть попробует!
Бат без споров перекинулся и пополз к воде. Едва он опустил туда хвост, как тот зашипел и стал плавиться! А-а! Я тут же с плачем рванула к нему и накапала крови на него.
— Прости! Вылезай, мы что-то другое придумаем! — Бат с удовольствием стребовал поцелуй и ночь.
— Я попробую, — сказал Манрокк, Только добавь чары, милая!
Медленно, явно играя на публику, то есть меня, мой гаргул снял с себя штаны, рубашку, остался нагим и прекрасным.
Сильное тело, тело воина. Я вся пошла волнами любви и желания. Понял, возбудился. «Не сейчас!» — прошипел Трой, после чего мой последний муж усилием воли успокоился. Но едва я подошла, чтобы наложить чары на него, снова запылал. Мы долго целовались, млея и постанывая. Я оцарапала себе щёку и щедро поила своего серебряного кровью.
