— А?
— Вы совсем обалдели? — показывает на кровать, держа в руках покрывало.
Там — дар от Тарханова! Убейте меня. Всё в презервативах!
— О, боги! — закрываю ладонями лицо.
Я забыла совсем про них!
— Это покушение, я считаю! — хихикает Люба. — Ты хочешь, чтобы я от зависти умерла? Или это патроны для расстрела самолюбия Рустама Давидовича? Тогда почему в моей кровати??
— Люба! — страдальчески вздыхаю я. — Давай их выкинем просто.
— Да сейчас же! Столько добра… Ты в душ шла? Иди, — выпроваживает меня за дверь.
В душевой поднимаю горящее лицо под прохладные струи воды.
Ну что за день такой, а? Скорей бы закончился…
Глава 32. Накосячить
Засунув чешущиеся кулаки в карманы шорт, смотрю в окно.
— Миха, извинился… Держи себя в руках, — убеждает меня Яша.
— Мхм…
Если я с ним сцеплюсь, Алёна опять скажет, что я пацан. И не контролирую эмоции.
А я контролирую.
— Ну, ладно тебе, Мар, и мы в таком духе шутили с Максимовной. Не надо устраивать войну после того, как они дали заднюю и извинились.
— Я и не собираюсь.
— Ну и славно, — выдыхают пацаны.
— Но я поговорю…
— Не надо! — хором и наперебой. — Тогда все будут не догадываться, а точно знать, что вы с Аленой замутили.
— Нда. А так, я как лох должен молчать, когда к моей девушке пошло подкатывают?
— Ну, разрулили без тебя!
— Вот именно — без меня.
— Давай так: пока — замяли. Будет ещё один заход, тогда уже наедешь? — предлагает Яшин.
Это очень нелегко для меня. Нет, я не собираюсь лезть в бутылку и устраивать драки.
Но не заступиться, не показать, что я дам ответку на грубость в еë сторону…
Выхожу из комнаты, мне там тесно от огня бушующего в теле. В холле у кулера несколько дзюдоистов с Мишей.
Мы застываем с ним глаза в глаза.
На мгновение слепну от того, как подскакивает давление.
Сверлим друг друга взглядами. Допив воду, сминается стаканчик, бросает в урну.
— Ну, окей, пойдём, — кивает мне на дверь.
Иду за ним на улицу. Сердце ускоряется.
— Пацаны, тормозите! — в разнобой доносится от дзюдоистов в спину.
— Ну разрулили же!
Идем с ним рядом по беговой дорожке.
Дзюдоисты следят за нами с крыльца. Наши тоже высыпают всей толпой.
И попробуй тут сохранить что-то в тайне! Все всë мгновенно просекают.
— Если я зашёл на твою территорию, Тарханов, скажи открыто — моя девушка, мы вместе. Я тебя уважаю. Лезть между вами не буду. Если не твоя… Тогда какие вопросы? За грубость я извинился.
Ну вот он момент истины.
