Я, затаив дыхание, жду ответа, глупо надеясь, сама не знаю на что. Его рука поднимается, убирает, упавшую мне на глаза прядь волос, ласково проводит по щеке…
– Я… не могу тебя отпустить, – наконец произносит он.
– Не можешь? – словно эхо повторяю я.
– Не могу… Не сейчас...
Глава 49
Спрашивать, почему не имеет никакого смысла, хоть этот вопрос и вертится у меня на языке. Мне хочется оттолкнуть его от себя, ударить, закричать, и я изо всех сил сдерживаюсь, чтоб этого не сделать. Упрямый, самовлюбленный мужлан!
– Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, – кончики его пальцев скользят по чувствительной коже возле уха, спускаются на шею, вызывая мурашки желания.
– Но ты ошибаешься. Мы обязательно с тобой поговорим обо всем. Я вернусь с тинга, и поговорим, слышишь?
Неохотно киваю, хотя не верю ни капли. Разве можно доверять диким варварам, таким как он, готовым растоптать чужие чувства?
Только разум твердит одно, а сердце совсем другое. Оно согласно разбиваться раз за разом, только бы его руки никогда не останавливались, только бы его губы продолжали шептать нежные ничего не значащие глупости, глупое безвольное сердце согласно обманываться, жить иллюзией и принадлежать только ему одному.
С утра Ингвар в сопровождении нескольких воинов отправляется на тинг. Будет суд. Лива, сидящая в повозке со связанными руками, выглядит печально и жалко. И я бы могла ей посочувствовать, если бы перед моим взором не стояло побледневшее лицо Ове, которого едва удалось спасти, если б я не видела истончающийся призрак Бреди, плывущего в своей лодке к небесным чертогам Лудда, если б мое тело не ощущало до сих пор жар погребальных костров, которые пришлось жечь после той злополучной ночи…
Мужчины отправляются на тинг на рассвете, опасаясь, что в более позднее время будет слишком много людей, желающих учинить самосуд.
Ни жители мызы, ни жители деревни не в силах простить девушке ее поступок.
Я стою на пороге, зябко кутаясь в плед, и мрачно смотрю на собравшуюся процессию.
– Гвен, – уже перед самым отъездом подходит ко мне Ингвар.
– Мы обязательно поговорим с тобой, после того, как я вернусь. Я подумаю, как все решить… Скоро все изменится...
Вскидываю на него недоверчивый взгляд. Неужели все-таки подумает? Или это так, чтоб меня успокоить. Однажды он уже нарушил обещание… Как теперь верить?
Пылкий поцелуй еще горит на губах, а врата, тихонько скрипнув, уже выпускают обоз на дорогу.
Еще несколько минут посмотрев им вслед, разворачиваюсь, чтобы идти в дом и натыкаюсь на Санну.
