— Зачем?
— Возьми, возьми, не бойся. Так тебе будет понятнее. Она направила его руки в нужную сторону. Он сжал рубчатую подошву.
— Подними!
— Зачем?
— Поднимай!
Мальчик послушался. Потянул ботинок вверх. Растерянно поморщился, потянул сильнее, оторвал от бетона.
— Понял?
Антошка отрицательно покачал головой.
— Каждый — по восемь килограммов. Каждый ботинок,
— Зачем? — полушепотом повторил Антон.
— Я ведь легкая, — смеясь, сказала Элу. — Я очень легкая. Мы с тобой улетим отсюда. Далеко. Так далеко, где нас никакая война не найдет.
— Так не бывает…
— Бывает. Я единственный человек в мире, почти не имеющий собственного веса, Я легче воздуха, Антошка. Родители скрывали, не хотели для меня злой судьбы лабораторной крысы.
— Я не верю! — со слезами крикнул Антон. — Ты с ума сошла. Пойдем обратно домой.
— Возьмись за меня. Держись крепко-крепко. Не отпускай. Они встали. Поверил он или нет, но обхватил ее за пояс.
Прижался. Элу босой ногой подцепила второй, уже расшнурованный ботинок.
Я легкая, сказала она уже себе. С натугой нажала на задник ставшего теперь ненужным ботинка. Легкая, повторила она, очень легкая…
Красное небо ринулось навстречу.
Игорь Пронин
ЛЕГКАЯ ЖИЗНЬ, ЛЕГКАЯ СМЕРТЬ
1"
"Про таких говорили: при рождении сам Тролх коснулся копьем его головы. Жаль только, что тупым концом. Вот и вырос мальчик: поперек себя шире, лобик узенький, челюсть отвисла, только что слюна не течет. В крохотных глазках — ни единого намека на мысли, однако же они неотрывно следуют за нервно расхаживающим по коридору Тионисом, и это безумно раздражает.
Почему чиновник третьего ранга должен терпеть такие взгляды? Давно следовало бы запретить всякому быдлу пялиться куда попало.
Дверь за спиной стражника резко открылась, будто от удара ногой: появился еще один персонаж, ничем не лучше первого. Разве что железа на нем висело еще больше, грязные патлы длиннее, да ростом этот любимец богов был повыше. Пока стражник медленно поворачивался, вошедший сделал шаг вперед и преспокойно толкнул своего младшего братца плечом, да так сильно, что тот отлетел на пару шагов.
Стражник возмущенно замычал, глазки его удивительно быстро наполнились злобой. Длинноволосый бычок на мычание среагировал как полагается — обернулся и нагнул увенчанную рогатым шлемом голову. Тионис едва сдержался, чтобы не захихикать от восторга.
— Ты чего? — выдавил из себя стражник, получилось довольно похоже на человеческую речь.
