— Ну это понятно, — ответила я, провожая глазами метавшийся по корту желтый мячик.
Ракетки, спортивная форма, кроссовки — все у членов секции было свое, особенное, не как в обыкновенных школах. Вещи очень дорогие, раньше мне таких видеть не приходилось. На корте бушевали страсти, игроки с пылом отдавались игре. Здесь царили восторг, наслаждение жизнью. Жар молодых потных тел, лихорадка борьбы, радость оттого, что ловишь на себе взгляды болельщиков, как подчиняется тебе хорошо сработанная ракетка. За эти ощущения заплачено большими деньгами и временем, потраченным на тренировки.
Это был мир, никак не связанный с мелкотравчатыми прилежными ученицами, изводившими себя подготовкой к экзамену. Им оставалось только смотреть и кусать локти от зависти. Были среди них и личности вроде Кадзуэ, которые далеко не заглядывали и ничего не замечали.
Мицуру меж тем продолжала:
— Здесь у нас классовое общество в классическом виде. Больше нигде такого не найдешь. Внешность решает все. Поэтому внутренний круг не смешивается с внешним.
— Внутренний круг?
— Принцессы. Из тех, кто учится здесь с первого класса. Дочки владельцев крупных компаний. Они и дня работать не будут. Работа для них — унизительное занятие.
— Но это уже не модно, — фыркнула я, но Мицуру была серьезна.
— Я тоже так думаю. Но у внутреннего круга такое отношение к жизни. Может быть, это и отклонение, но они твердо стоят на своем и всех с толку сбивают. Начнут из тебя дуру делать — поневоле засомневаешься в себе. Вот так.
— Ну а внешний круг?
— Дети сарариманов,[10] — с грустью в голосе сказала Мицуру.
— Дочерям тех, кто работает за зарплату, не суждено войти во внутренний круг. Ни за что, хоть ты отличница, хоть ты семи пядей во лбу. Тебя даже замечать не хотят. А станешь набиваться к принцессам в подруги — затравят. Раз тебя записали в убогие уродины, значит, ты мусор, даже если у тебя голова хорошо варит."
"Мусор? Что это значит? Ведь я не относилась к высшему классу, о котором говорила Мицуру, да и дочкой сараримана, чье положение хотя бы обеспечено, не была.
То есть во внешний круг тоже не помещалась. И что? Получается, я еще хуже мусора? И мне остается только глазеть на бурный поток, стоя на бережке? У меня появилось ощущение, будто я открыла источник нового удовольствия. А может, у меня такая участь? Судьба родиться сестрой Юрико? Ведь командовать мне доводилось только своим дедом, который не в ладах с законом.
— Правда, есть один способ проникнуть во внутренний круг.
