Никто, кроме Кэри, не знает твоего имени. Только Гарри и его мать видели тебя вблизи и без маски. Я верю в их порядочность, в любом случае они скорее всего больше никогда тебя не увидят.
Сказано прямо и честно. Прозвучало как приговор.
– Если у твоих родителей не возникнет вопросов, то ты в безопасности. Но ведь ты возвращаешься раньше, чем обещала.
Она отняла руку.
– Я скажу матери, что в доме был больной и я не могла оставаться. Но как я вернусь? Не в твоей же карете?
– На моей карете нет гербов, так что ею вполне можно воспользоваться.
Трис спокоен. Очевидно, призраки этой ночи не будут беспокоить его в будущем. Бесчувственный!
Крессида отогнала эту мысль. Меньше всего ей хотелось, чтобы его сердце тоже было разбито.
– А как же статуэтка?
– Предоставь это мне. Миранда обрадуется моему визиту. Если повезет, я смогу опустошить статуэтку так, что она и не заметит.
Значит, окончательный разрыв. Как только она сядет в карету, все будет кончено. Если только…"
"– Как ты вернешь мне драгоценности?
Он нахмурился.
– Ты боишься, что я погублю твою репутацию? Я надеялся на большее доверие.
А она-то думала, что он может читать ее мысли!
– Конечно, я верю тебе. Я просто беспокоюсь о деталях. Он обнял ее и притянул к себе для поцелуя.
– Скоро твоя семья будет обеспечена. Твоя жизнь станет такой, как раньше. Не волнуйся, я обещаю!
Крессиде хотелось ударить его чем-нибудь тяжелым. Но вместо этого она сказала:
– Спасибо. – И слезла с кровати, улыбаясь.
Она схватила свою ночную рубашку и натянула ее. – Мне нужна помощь, чтобы одеться.
– Это честь для меня.
Девушка попыталась возразить, но не хотела показать свое настроение. Он никогда не лгал ей. С самого начала было ясно, что это приключение на одну ночь.
– Я приду к тебе, как только оденусь. – Трис встал с кровати и натянул мятые шелковые штаны. Он выглянул из комнаты. – Никого нет.
Возможно, сейчас Крессида должна сказать ему что-нибудь важное, но она промолчала, тихо прошмыгнула в дверь и пошла в свою комнату.
Какой холодной она казалась, какой пустой! Постель была застелена. Хотя девушка знала, что это бессмысленно, она все же откинула одеяла, смяла их, а также примяла подушку.
В умывальнике была только холодная вода, оставшаяся с прошлой ночи, и это тоже было плохо. Никто не пришел сюда – слуги знали, по крайней мере предполагали, что произошло!
Крессида прижала руки к щекам и почувствовала слабый аромат масла.
