– Ты думаешь так почему?
– Не знаю даже, Феликс. Женская чуйка, наверное. Взгляд у неё… Примерно такой был у моей университетской подруги. Её любимый мужчина предал и очень некрасиво подставил на деньги, а она узнала внезапно и совсем не готова была к такому. Вот так смотрят, когда настолько больно, что даже плакать не можешь.
Ни один из моих коллег не нашёлся что сказать. Самцы столь дивных и разных народов переглянулись и продолжили ночную трапезу.
Допив и доев, я и Ориэль отправились досыпать, а Феликс остался на посту.
Проснулась я поздно. Полежала, вспоминая события минувшей ночи, и отправилась в душ. Пора начинать рабочий день.
В холле обнаружился Ориэль, который, заложив ручки за спину, ходил и рассматривал мебель, светильники, столик и обшивку стен.
– Нравится тебе здесь? – спросила я, спустившись.
– Да, Агата. Красивое место. Необычно, но красиво. У нас и у хаси́нов всё совсем не так.
– Хасины – это…?
– Четырёхрукие.
– И как же у вас и у них? – полюбопытствовала, усаживаясь в кресло.
– У нас всё компактно, нам не нужно ничего лишнего. Наша жизнь проходит в служении долгу. Мы излечиваем. А хасины любят яркие цвета, ткани, меха, перья, ковры, много подушек, много красивой посуды. Их дома… они переполнены вещами. И одежда им нравится, и украшения. Ты видела, да? – Он покосился на мою обувь. Я как раз надела длинную юбку и новые кожаные туфли с открытой пяткой. Футболка, увы, была всё ещё моя старая, земная.
– Хасины мне показались очень симпатичными и такими… «вкусными».
Не знаю, как описать. Они явно любят жизнь и всё то, что она им даёт.
– Это так, – кивнул Ориэль. – Но их проблема в злоупотреблениях. Едой, напитками, дурманящими травами, безудержными занятиями тем, что их увлекло в данный момент жизни. От этого они становятся зависимыми и начинают болеть. И однажды они создали цейлинов. Мы спасаем им здоровье, восстанавливаем тела и разум, а они обеспечивают нас всем. Мы ни в чём не нуждаемся.
– Занятный уклад жизни, – улыбнулась я.
– Но не самый плохой симбиоз.
Маленький симпатичный пушистик пожал плечами, а я задала вопрос, который меня мучил:
– Ориэль, но почему вы зелёные?! Всё могу понять. Но зелёный мех – это очень странно.
– А никто не знает, – засмеялся цейлин. – И все до сих пор недоумевают. Наверное, те учёные, которые более двух тысяч лет назад занимались генетическими опытами, очень любили этот цвет. И кошек, – смешно пошевелил он носиком."
"– И вот это тоже странно.
