Как-то не довелось.
— А ты разве пробовала все блюда своего мира? — с живым интересом спросила сильфида, и я внутренне поморщилась.
Послевкусие у сегодняшних видений было пренеприятное, как теперь вести себя с девушкой, я не знала. Она нынешняя — милая, но та, прежняя... Бр-р-р...
— Агата? — позвала она, и я поняла, что несколько затянула паузу. — Что-то случилось?
— Нет, — медленно покачала я головой и все же взглянула ей в глаза.
И вероятно, что-то такое она в них увидела. Вздрогнула всем телом, выпрямилась и застыла.
Ориэль и Феликс ничего не заметили, они обсуждали барабулек и загадочную момордику, похожую на желтый пупырчатый огурец. А вот Этьен своей призрачной душой что-то уловил и тоже выпрямился и уставился на меня нечеловеческими зелеными глазами, за которыми пряталась разумная душа.
Я встретилась с ним взглядом и медленно покачала головой. Нет, про тебя я ничего не знаю пока, дружок. Твоя жизнь — все еще тайна и загадка. Весь завтрак я ела молча, лишь изредка улыбаясь репликам цейлина и филиура.
Леслия, как настоящая аристократка, пусть и позабывшая о своем происхождении, сохраняла отрешенный и невозмутимый вид.
И лишь когда мы все поднялись из-за стола, она заступила мне дорогу, спрашивая глазами.
— Леслия, пойдем в мои апартаменты? — бледно улыбнулась я.
Остальные даже внимания не обратили на мои слова, а вот волк снова чутко напрягся.
— Я к нашей змеептичке, Агата. Если вдруг понадоблюсь, буду в пустыне, — сообщил цейлин.
— А я спать, — курлыкнул ночной портье.
— Хорошо.
Этьен, если не сложно, побудь пока в холле? — обратилась я к призраку волка. Я к нему в обращении часто чередовала первые два имени. — Отель мы пока не запираем, дверь открыта... Не хочется оставлять ее совсем без присмотра.
Поразмыслив, зверь кивнул, истончился, став существом из эктоплазмы, и поплыл в холл.
Мы же с сильфидой вошли в мои апартаменты. Я жестом предложила ей присесть на диван, а сама прошлась туда-сюда по гостиной. Она молчала, лишь следила взглядом за моими метаниями. А потом неожиданно тихо спросила:
— Я настолько ужасная?
— Да! — эмоционально выпалила я, но тут же устыдилась.
— Ой! Прости! Я не хотела, просто...
— Я понимаю. Я и сама уже догадалась о многом. Родители... Те смутные обрывки, которые ко мне приходят о них после твоих каких-то комментариев... Неприятно. Полагаю, я была ничуть не лучше."
"— Хуже... — страдальчески поморщилась я. — Леслия, послушай... Ты уверена, что хочешь все это вспомнить? Знать о себе той? Она... Ты...
