– Приходи, – тоже тихо ответила, а осмелев окончательно, чуть повернула голову и чмокнула Эрика в слегка колючую уже щеку.
С каждой встречей неловкость и нервозность уходили все дальше, при близком общении князь оказался вовсе не таким уж страшным, особенно когда смотрел вот так, как сейчас. Проникновенно, с мягкой улыбкой и мерцающими в глубине глаз звездочками. В таких глазах запросто можно утонуть, потеряться, забыть себя…
– Спокойной ночи, Анни, – выдохнул Эрик мне в губы, совсем легко коснулся их и сразу отстранился, поднявшись.
– До завтра, кошечка, – добавил он, и вот от него это звучало не пошло и раздражающе, а как-то уютно и тепло.
Захотелось даже мурлыкнуть в ответ, как самая настоящая кошка, но я сдержалась. Юркнула под одеяло, наблюдая сквозь ресницы, как уходит Эрик, и, словно только этого и дожидаясь, сон подкрался совершенно незаметно. Моментально захватил в плен, окутал бархатной темнотой, и я уплыла в нее, все еще улыбаясь.
Ну а проснувшись утром, даже до прихода пана Гуроша, поняла, что чувствую себя отлично.
Если отравление и было серьезным, совместными усилиями лекаря и Эрика – а может, еще и потому, что я не совсем местная, – я встала на ноги быстро. Пока умывалась, раздумывала, как бы решить проблему одежды: кроме халата и рубашки, в спальне больше ничего не было, а все мои вещи остались в моей комнатке. Попросить кого-нибудь принести?.. Ну не дефилировать же по дворцу в неглиже, в самом деле. А когда вернулась, проблема решилась сама: в спальне обнаружилась бойкая горничная.
"
"– Можно попросить кое-что? – вежливо обратилась я к девушке, и она тут же повернулась, наклонила голову в белоснежном чепце.
– Да, госпожа, конечно, можно, – отозвалась она.
– Мне бы переодеться. – Я одернула халат.
– Конечно, я принесу ваши вещи! – Барышня тут же исчезла из спальни и вернулась довольно быстро с одним из моих платьев.
Поблагодарив, я отказалась от помощи – вот еще, прекрасно справлюсь и сама с одеванием – и к приходу пана Гуроша уже сидела в кресле, причесанная, умытая и чинно сложив руки на коленях.
– Ага, вижу, вы стремительно идете на поправку, милая, – одобрительно произнес он, осматривая меня. – Что ж, я оставлю вам еще микстуру, попейте до конца недели, и больше моя помощь вам не потребуется.
Ну а после лекаря пришел Эрик. С подносом и завтраком, сам, лично. Ой. Признаться, я смутилась, поспешно поднялась и попыталась помочь, но на меня строго глянули и выразительно посмотрели в сторону кресла.
