– Ты совсем идиотка? – холодный голос со сдержанной яростью хлестнул по напряженным нервам графини, и она сжалась в кресле, не смея поднять глаза на собеседника.
Лания молча кусала губы, теребя кружево на манжете, и в который раз спрашивала себя, а правильно ли поступила, приняв помощь этого человека. Он сам ее нашел уже почти у выхода из города и предупредил, что ворота закрыты и ей не выбраться. А потом привел в этот дом где-то в глубине торговых кварталов и приказал не высовываться на улицу до тех пор, пока шумиха в столице не стихнет.
– Это надо догадаться, отравить избранницу князя! – Маг фыркнул, скрестив руки на груди, и хотя лицо закрывала тень глубоко надвинутого капюшона, да еще и наверняка сложной иллюзией прикрылся, Лания почему-то была уверена, что его рот скривился в презрительной усмешке.
Леди упрямо поджала губы и буркнула:
– Он предложил мне стать любовницей! А потом каким-то образом догадался об обмане и швырнул в меня огненным шаром! – Графиня лишь чудом не сорвалась на крик и нахохлилась, переплетя пальцы.
Она ничуть не жалела о сделанном, только о том, что месть не удалась в полной мере.
– Это твои проблемы, раз не смогла воспользоваться шансом, что я тебе дал, – отрезал маг и отвернулся, почти слившись с тенями. – Эту кошечку можно использовать совсем в других целях… – чуть тише протянул он, будто задумавшись, и Лания навострила уши.
– В каких? – осторожно спросила она, почувствовав, что, возможно, случай отомстить все-таки представится еще раз.
Однако маг отмахнулся, небрежно ответив:"
"– Неважно.
Ты свое дело уже сделала. Все, что тебе надо, – это посидеть тихо несколько дней, а потом исчезнуть из города навсегда. Ну или до тех пор, пока история не забудется, а злость князя не пройдет. Мой человек будет приносить тебе еду, а ты не смей носа показывать, поняла?! – в последней фразе мага слышалась неприкрытая угроза. – Мою защиту ты все равно не вскроешь. Всего доброго.
Он стремительно отошел от окна и вышел, оставив Ланию одну в комнате. Женщина зябко обхватила руками плечи, уставившись в тлеющие в камине угли.
Она все равно не собиралась сдаваться и соглашаться, что это конец. Глаза графини сузились, в них полыхнул огонь.
– Я не прощаю тех, кто унизил меня, – прошептала она едва слышно.
Маг прав, пожалуй. Надо выждать и потом действовать гораздо тоньше. Вот и займется обдумыванием, пока есть возможность.
Эрика не было до самого вечера, мы даже успели поужинать нашей уютной компанией, а потом все же пришлось разойтись.
