— Круто, да? — возбужденно говорит она, а до меня наконец доходит, у кого я видела эту приметную машину.
— Ты что, взяла ее у Ника? — неверяще спрашиваю я.
Алиса радостно кивает.
— И он тебе разрешил?
Алиса энергично мотает головой, а я стону и закрываю лицо руками:
— О нет! Ты с ума сошла? Он же убьет нас!
— А нефиг ключи где попало оставлять, — шипит Алиса, и ее зеленые глаза хищно сверкают, как у кошки. — Будет знать, как мне…
— Что?
— Ничего, — поспешно говорит она. — Садись уже!
Я робко открываю дверь и усаживаюсь рядом с Алисой.
Она сейчас очень забавно выглядит: такая мелкая, но очень воинственно настроенная.
— Так куда едем? — интересуется она.
— Я думала, ты знаешь!
— Я не знаю! Я думала, ты в курсе!
— Алис, ну откуда мне знать, где отдыхает Ник?
— Логично. Блин, как же узнать, куда мой придурочный братец поехал?
Я молчу, а она размышляет вслух:
— Я могу позвонить Нику и сказать, что ключи забыла от дома… Чтоб не ночевать на улице, мне надо приехать к нему и взять его комплект.
Мама с дядей Славой как раз в Ниццу улетели, так что легенда вроде норм. Что думаешь?
— Вроде бы, — осторожно говорю я.
— Ну и отлично! — Алиса хватает телефон, моментально набирает номер (он у нее на быстром дозвоне что ли?) и ждет ответа. А когда прекращаются гудки, тут же тянет тонко и жалобно: — Никитка, я тут поехала с подружкой гулять, а ключи дома оставила. Что мне делать? На улице ночевать перед дверью? Хороший вариант! Уверена, твоему папе он тоже понравится.
Я обязательно расскажу ему, что это ты придумал.
Из трубки несется невнятная ругань, Алиса подмигивает мне, пережидает поток недовольства, а потом деловито спрашивает:
— Куда-куда приезжать? Бар «Лондон»? Поняла. Скоро буду. Спасибо, Никитка. Всегда знала, что ты добрый.
Хихикает и нажимает на отбой.
— Твой Тимур точно там! — заявляет она. — Я слышала его голос на заднем плане.
— Поехали тогда скорее, —тороплю я Алису. А когда мы так резво стартуем с места, что у меня чуть внутренние органы к позвоночнику не прилипают, понимаю, что со словом «скорей» надо быть осторожнее.
— Алиса…
— Да?
— Никогда бы не подумала, что Яворскому нравится, когда его называют Никитка.
— А ему не нравится, — живо откликается Алиса. — Он с этого бесится так, что краснеет как помидор. Думаешь, почему я его так зову?
— А. Хм, понятно.
Кажется, отношения сводных брата и сестры более запутанны, чем мне показалось на первый взгляд.
