— Блядьблядьблядь, — бормочет Соболевский, запихивая меня в машину.
Я не успеваю пристегнуться и почти впечатываюсь лицом в лобовое стекло, потому что на газ Тимур давит так, будто хочет, чтобы его машина сразу взяла вертикальный разгон и взлетела.
Впрочем, скорость такая, будто мы и правда летим.
Мы проскакиваем узкую, похожую на просёлочную, дорогу, а потом лихо выворачиваем на трассу. И только тут я понимаю, что, кажется, у нас все получилось. Тимур меня забрал оттуда, как и обещал. Он меня спас.
— Ты… ты… ты…
Я пытаюсь сказать что-то еще, кроме этого одного слова, но у меня не получается.
И я смеюсь. Громко и истерично. Смеюсь до тех пор, пока этот странный неестественный смех не переходит в плач."
"— Ого как тебя накрыло, детка, — бормочет Тимур и кладет руку мне на колено.
В этом жесте нет ничего сексуального, просто успокаивающее прикосновение. Его тяжелая горячая ладонь и правда помогает, словно заземляет меня, и вскоре мои истеричные рыдания сходят на нет. Я уже не плачу, просто заторможенно смотрю в темное оконное стекло и разглядываю свое отражение.
Всклокоченные волосы, размазанная по лицу косметика, опухший красный нос. Как же страшно я выгляжу.
— Ты спас меня, — глухо говорю я, избегая смотреть на Тимура. — Я обещала… все, что хочешь… Но можно не сейчас, ладно? Мне хотя бы помыться надо.
— Ты совсем дура, да? — обидно спрашивает он.
— Почему?
— Успокойся уже, у меня не стоит на зареванных баб. Тем более если они похожи на кадр из социального фильма о непростой жизни молодых проституток.
К нему вернулась его привычная едкая насмешливость, теперь он гораздо больше похож на того Соболевского, который зажимал меня в коридоре и предлагал заплатить мне за минет.
Тимур убирает руку с моего колена и тянется за мобильным. Я чувствую смутное разочарование: без его ладони коленке сразу холодно.
Тимур набирает чей-то номер и, чуть нахмурив темные брови, ждет ответа.
— Добрый вечер, Игорь Валентинович, — говорит он наконец. — Прикройте меня, а? Да не, не бухал.
Просто надо было девчонку одну забрать из не самого приятного места. Машину на камерах вроде не светил, но лицо мое точно есть. Да какой там ущерб! Дверь им выломал и охраннику разок двинул. Ага. Да. Да, конечно. Спасибо.
Тимур кладет трубку, а меня мучает любопытство.
— Кому ты звонил? — не выдержав, спрашиваю я.
— Начальнику папиной службы безопасности.
— И… тебе ничего не будет за это все?
— Хер знает. Но скорее всего нет.
— Хорошо.
В машине повисает тишина.
