– Так, может, хоть посоветуете, где можно денег добыть? – не унималась Меланья, пользуясь своим статусом наперсницы.
Являясь по местным понятиям дамой полусвета, она запросто могла поднимать подобные вопросы и вести такие речи. Девушке из общества подобное было невместно. Для этого у нее были родители, а потом муж. Исключением являлись только вдовы.
– Ну, здесь вам искать нечего, – сделав вид, что задумался, протянул Елисей. – А вот в столице нужно смотреть, кто из промышленников свободные капиталы ищет. Ну, или из купцов, – добавил он, помолчав.
– А я уж думала, что хоть один благородный человек в местном обществе появился, – фыркнула Глафира, наморщив носик.
– Глаша, ты бы не зарывалась, – с угрозой посоветовала Наталья. – Сказано тебе, на свадьбу потратились сильно. Нам ее два раза праздновать пришлось.
– Как это? – удивилась Меланья.
– А вот так. Первый раз в столице, а второй уж тут. В Тифлисе, – коротко пояснила девушка.
– А в Тифлисе-то почему? – не поняла Глафира.
– Князь Буачидзе Елисею отец названый, – гордо вскинув подбородок, отчеканила Наталья.
– Это который Буачидзе? – задумалась графиня. – Неужто тот самый, что самому государю родственник?! – глаза ее растерянно расширились.
– Он самый, – победно усмехнулась Наталья. – Так что думай, кому и что говоришь.
* * *Банально сбежав из собственного дома, Елисей скакал по лесной дороге в сторону крепости, чувствуя себя по-настоящему счастливым. Еще пара часов таким аллюром, и он снова с головой окунется в привычную и родную для себя атмосферу.
Оружие, амуниция, следы в лесной чаще, все, что нужно нормальному мужчине и бойцу. Наталья, после вечерних разговоров подруг, отпустила его, можно сказать, сама вытолкала, спокойно.
Глафира отчаянно флиртовала с ним, то и дело вызывая у девушки приступы ярости, и только каменное спокойствие самого Елисея спасало графиню от знакомства с коготками Натальи. Уже ночью, в постели, девушка тихо поведала ему, что это вообще такое было. Как выяснилось, Глафира никогда не отличалась особой добродетелью и уже имела несколько любовников.
Папаша ее, зная о похождениях доченьки, только отмахивался, требуя от нее только одного, чтоб в подоле не принесла. А самое главное, что за ее развлечения должны были платить ее любовники. И не только за развлечения.
– Ну и подруги у тебя, – растерянно проворчал Елисей, выслушав эту историю."
"– Ну, подругами настоящими мы никогда не были, – фыркнула Наталья, презрительно наморщив носик. – Так, скорее приятельствовали.
