А «крыша» как раз есть!
– И кто у тебя «крыша»? Этот ментяра, Лис? Его скоро выгонят, он уже и своим надоел!"
"– Вот кто! – шашлычник вынул из кармана замызганных рабочих брюк маленький прямоугольник визитной карточки и положил на стол. Еремей взял ее в руки. Никаких золотых вензелей, каллиграфических букв, громких должностей и званий… Черным шрифтом крупно набрано «Арсений». И неровно выведенные синей шариковой ручкой цифры номера телефона. И все.
– Подожди, братское сердце, – Еремей повертел визитку, как будто искал разъяснений на обороте.
Но там ничего написано не было – чистая белая бумага. – А кто такой этот Арсений?
– Арсений Тиходонский, – пожал плечами Багдасар, будто удивляясь, как можно не знать таких общеизвестных вещей.
– Подожди, подожди… Тот самый? Так он же срок тянет!
– Ну и что? – пожал плечами Багдасар. – Он же живой. Кстати, скоро откидывается по условке. Если есть вопросы – позвони ему и побазарь…
Но Еремей звонить не стал. Молча отдал визитку, спросил счет, но Багдасар сказал, что обед за счет заведения.
И заверил, что искалеченный «Ниссан» может переночевать в полной сохранности: двор запирается и охраняется сторожем с кавказской овчаркой. Разошлись они доброжелательно, почти дружески. Хотя и старый зэк, и Еремей знали, что это ничего не значит.
Мирон позвонил Зайцу, тот быстро приехал и отвез их в город. Бойцы предлагали продолжить вечер, но Еремей категорически отказался:
– Хватит! Такой непрухи у меня еще никогда не было! Зря за блатной фарт пили – сегодня он от нас отвернулся! Давайте по домам, а то можно вписаться в блудняк и похуже!
Пацаны согласились и покивали головами:
– Конечно, лучше разойтись!
Хотя наверняка подумали: «От судьбы не уйдешь…» Они были фаталистами, хотя вряд ли знали это слово.
И трудно было сказать, кто прав: новый звеньевой или его бойцы.
* * *Синий «Фольксваген Туарег» Зайца подкатил к дому Еремея уже около двух часов. Из включенных на полную громкость колонок в ночной тишине звуки рэпа разносились по всему Восточному микрорайону и эхом отражались от панельных пятиэтажек, вызывая всполошенный лай бездомных собак и молчаливую ненависть разбуженных жильцов.
Но загулявших членов авиловского «профсоюза» это не беспокоило. Пацаны даже не думали о таких мелочах. Еремея, правда, беспокоили тяжесть и урчание в животе да переполненный мочевой пузырь.
– Тебя сопроводить, босс? – пытался отличиться Заяц, который переживал, что сближение с новым шефом прошло без него.
