На протяжении последних нескольких часов Стива нигде не было видно, и она сидела и размышляла, что бы это такое могло случиться, если он покинул свадьбу своей сестры, где, как она полагала, он просто обязан был играть роль одного из хозяев. И почему Томми звонил ему так рано сегодня утром? И что делали здесь Берт и Коттон? Инстинкт жены полицейского подсказывал ей, что происходит нечто непредвиденное, но она не знала, что именно.
Ребенок снова брыкнулся. «Ох, — подумала она, — ну право же, перестань».
Тони Карелла выпил море виски, море вина и море шампанского.
Он так не напивался со дня свадьбы Стива, а это было бог знает когда. В пылу опьянения он вдруг воспылал любовью к фирме «Свадьбы и торжества». Они в самом деле были отличными ребятами. Все деньги, что он заплатил им, оправдались с лихвой. О мадонна, какую уйму денег он им заплатил! Но все окупилось. До последнего цента. Отличные ребята, абсолютно все. Вон какую симпатичную танцплощадку они отгрохали: принесли эту здоровенную платформу и уложили прямо в центре газона.
О Санта Мария, мой газон! Но все равно отличные ребята. А какую штуковину для фейерверка они соорудили в конце участка! Фейерверк будет загляденье. Он всей душой уже любил «Свадьбы и торжества». Он любил сейчас всех: свою жену, своего сына, свою невестку, свою дочь и своего зятя. Словом, он любил весь мир.
Он любил Бирнбаума. А где, кстати, Бирнбаум? Почему он не сидит рядом с ним в такой радостный для него день и не пьет с ним виски и шампанское?
Впрочем, если он хоть чуть-чуть знает Бирнбаума, то старик сидит сейчас, наверное, где-нибудь в уголке и тихонько плачет.
«Мой старый дружище, подумал Тони со слезами на глазах. — Я пойду найду его. Найду и угощу сигарой».
Крик из дальнего конца сада долетел до него как раз тогда, когда он вставал со стула.
Карелла уже отправил назад приезжавших из 112-го отделения детектива, фотографа, помощника медицинского эксперта и ассистентов из лаборатории и теперь размышлял над тем, куда бы это мог подеваться Коттон Хейз.
Когда нашли Бирнбаума, он попросил его побыть рядом с телом. Но уже и само тело унесли, и почти все, кто занимался телом, уехали, а Коттон Хейз так и не появился за все это время. «Погоди, — вспомнил Карелла, — да ведь он исчез еще до моего возвращения. Но куда?»
Он работал с Хейзом не так уж давно, но не предполагал, чтобы тот мог выкинуть такой детский номер, как уйти и бросить свою подружку одну. Хотя, впрочем, он был порядочно разгневан, когда говорил с Джоунзи.
