Лешаге даже понравилось. Но еще больше ему понравилось другое: за спиной коногона вдруг шелохнулась листва, из нее стремительно появились, точно выплеснулись, две руки. Одна зажала рот, а вторая тут же всадила под гортань кинжал. Удар, проворот — мертвое тело будто само привалилось к дереву и тихо сползло наземь.
— Старый Бирюк?! — не веря себе, прошептал Лешага. — Ты-то здесь откуда?!
Следующее мгновение не оставило места для сомнений. В седле ближайшего скакуна тотчас оказалась знакомая с детства фигура, ударила пятками по конским бокам и с гиканьем направила коня прочь, увлекая за собой весь оседланный табун.
Людожеги отреагировали криками ярости и беспорядочной стрельбой. Мгновенно, но запоздало.
Учитель придержал коня.
— Что он делает?! — взвыл Леха, и тут замысел наставника возник в его голове, ясный, точно солнечный день. Конечно, три десятка отличных скакунов с седлами, вьюками, седельными сумками и хорошей сбруей — прекрасная добыча. Продав такую, можно всю жизнь в Трактире поживать, ни в чем особо себя не утесняя.
Но Старый Бирюк сейчас не искал добычи! Он словно играл с врагом, позволяя тому следовать по пятам, чуть отрываясь и снова замедляя ход.
«Птица с подраненным крылом, — Леха вспомнил название этого маневра. — Притворяясь раненой, мать уводит змею от беззащитных птенцов…»
— От беззащитных птенцов, — уже вслух повторил воин и тихо застонал.
«Как я сразу не понял! Он старается увести преследователей от меня! Эти твари идут за мной от самого Трактира, они потянулись за Маратом и Заурбеком в надежде, что я вернусь, или те выведут их на след.
А теперь, кажется, они выследили нас».
Он снова оглянулся. Лил двигалась, как во сне. Под ее ногой треснула сухая ветка, девушка даже не обратила внимания.
«Да, конечно, так нам не скрыться».
Старый Бирюк все уходил от погони, утаскивая за собой разъяренную змею, оскалившуюся парой дюжин автоматных стволов. Наставник заставлял коня шарахаться из стороны в сторону, то обвисая в седле, то в одно движение разворачиваясь лицом к хвосту и стреляя, как водится, редко, но без промаха.
"
"«Он тащит их к Барьеру Ужаса, — вдруг сообразил Лешага. — Конечно, как я мог забыть — он же хорошо знает эти места, жил тут вместе с Сохатым! Надо идти навстречу. Там, у Барьера, если людожеги прижмут его…» — Лехе не хотелось даже вспоминать это проклятое место, все тело передернулось от одной лишь мысли, что это может повториться. Но идти надо, что бы там ни было. Надо.
— Лилия! — окликнул воин.
