Но Галина Петровна заявляла:
«Приличные девочки по гостям не шляются, к приличным девочкам гости сами приходят».
Если вдуматься в ее слова, то я неприличный ребенок, я же к Ритке прихожу.
Куда делся отец Маргариты, понятия не имею, о нем никогда никто не упоминал. Один раз только Рита объяснила:
«Папа подлец, он маму бросил, денег нам мало дает, только то, что по закону положено. Сверх ни копейки».
Мне стало любопытно.
«А сколько он дает?»
Рита назвала сумму, она оказалась больше зарплаты моей мамы, которая работала заведующей отделом районных библиотек, у нее была директорская должность.
Галина Петровна занимала солидный пост на железной дороге. Понятия не имею, что она там делала, но у Калягиных всегда был достаток. Риту мать хорошо одевала, правда, по своему вкусу. Твердила: «Девочки носят платья и туфельки. Брюки для мужчин. Уши прокалывают в восемнадцать лет. Маникюр у ребенка – разврат».
Слегка повзрослев, я поняла, что отец Риты не выдержал жизни с катком для укладки асфальта и сбежал.
А Ритке-то бежать было некуда. Подруга была совершенно задавлена матерью, она никогда не спорила с ней, всегда тихо отвечала:
«Да», – и выполняла то, что требовала Галина. Молча.
Я ей говорила:
«Ты не раба! Не обязана во всем этой злыдне подчиняться».
Она отворачивалась и ничего не говорила.
После школы, которую она закончила с медалью, Ритуля поступила в институт, где готовили специалистов для Министерства путей сообщения.
Вам понятно, что вуз выбрала ее мать? Когда Рите исполнилось восемнадцать, мамаша нашла ей жениха: вдовца на двадцать лет старше, с тремя детьми. Я его не видела, но подруга рассказала:
«Очень противный, выглядит намного старше своего возраста, разговаривает как моя мать: «Сядь. Встань. Мы поженимся осенью. Платье я тебе куплю».
«Ужас! – испугалась я. – Зачем тебе такой?»
«Он богатый, – пояснила Рита, – квартира, машина, дом в Подмосковье. Он адвокат, очень успешный.
Мама уже не молода, ее вот-вот на пенсию попросят. Она решила так: дочь станет супругой обеспеченного человека, тот тещу голодной не оставит».
У меня от злости дар речи пропал, а Ритка улыбнулась.
«Не переживай, я буду жить счастливо».
На том мы в тот день и расстались.
Дело было в начале лета в разгар сессии, мы с Ритой не встречались. Спустя неделю к нам примчалась Галина Петровна, набросилась на меня с кулаками, выкрикивала ругательства.
