– Так беда с экономкой стряслась, – ответил водитель. – А что делать, если Инесса Юрьевна не может работать, в инструкции не сказано.
Я кашлянул.
– Извините, что прерываю вашу беседу, но нужно вызвать полицию.
– Я уже позвонил кому надо, – отмахнулся от меня Амаретти, – визит полицейских – чистая формальность. У Инессы случился инсульт, вот она и упала.
– У нее вместо лица кровавая рана, голова странно повернута, – повторил я.
– Понятное дело, она ударилась, – сказал Амаретти.
Я не стал спорить с владельцем усадьбы, хотя на язык просились слова: «Да, можно рухнуть на угол стола, сильно пораниться.
Мебели здесь хватает. Но обо что можно стукнуться так, чтобы с лица слезла кожа?»
– Может, ее унести? – спросил водитель.
– Ни в коем случае! – воскликнул я. – на месте происшествия все должно остаться нетронутым."
"Константин сдернул с дивана плед и набросил на тело.
– Этого тоже не стоило делать, – сказал я.
– Покойника положено прикрыть, – возразил Амаретти.
Я вздохнул. Иван Павлович, не ты владелец особняка, поэтому лучше молчи.
Давать советы Амаретти не стоит, похоже, Константин Сергеевич принадлежит к той части человечества, у которой два мнения: свое и неправильное.
– Владимир, ступай отсюда, – приказал хозяин, – если еще раз тебя поймают в доме – уволю.
Шофер испарился в секунду.
– Пойдем, Иван Павлович, – другим тоном попросил Амаретти.
Мы вышли в коридор, и я опять не сдержался:
– Надо поставить у двери охрану.
– Зачем? – спросил писатель.
– Труп не уйдет, а…
– Константин Сергеевич, вы тут? – защебетала незнакомая девушка, появляясь в коридоре. – Простите, пожалуйста, не могу найти Инессу. Звоню ей, звоню, не отвечает. Приехал господин Телевикин. Он из ваших друзей. Велели Леонида Юрьевича в вашу часть всегда провожать. Куда его отвести? В гостиную?
– Да, – буркнул мой спутник.
– В какую?
– В малую.
– В зеленую или красную?
– В красную!
– Китайскую?
Хозяин остановился.
– Надежда, перестань задавать глупые вопросы.
Уже сказано: в китайскую!
Девушка молитвенно сложила ладони.
– Простите меня, глупую, но их три!
Константин вздернул брови.
– Три? Чего три? Кого три?
– Китайских гостиных, – прошептала Надежда, – с драконами, красная и золотая с вазами. Куда господина Телевикина направить?
Хозяин моргнул.
– А где мы сейчас все чай пили? Вот туда и вернемся.
– Спасибо. Простите. Извините, – начала кланяться прислуга.
– Ступай уже, – отмахнулся Амаретти.
