Я отдаю себе отчет в том, что разговариваю с человеком, обладающим потрясающим вкусом и чувством цвета, но вы позволите мне высказать одно соображение? Это не совет, а именно соображение.
Она взглянула на незнакомца с интересом и сразу же отметила длинные седоватые волосы, забранные сзади в хвост, затейливо повязанный шейный платок и брючный ремень, обтянутый такой же, как и платок, тканью. «Любопытная идея, – мелькнуло у нее в голове, – надо будет взять на вооружение. Платок и пояс, например, или платок и сумочка.
Может получиться очень славно».
– Я вас слушаю, – повторила она и улыбнулась еще приветливее.
– Мне кажется, с этим туалетом хорошо смотрелась бы шаль из сиреневого креп-сатина, с длинными кистями, гладкая, без набивного рисунка, но по краям нужен орнамент из бисера или паеток. Как вы считаете?
Тамара потеряла дар речи. Высокий незнакомец в точности описал ту самую шаль, которую она забыла дома. Неужели нашелся все-таки человек, который видит и чувствует, как она сама?
Она молча стояла и смотрела на него, вбирая глазами каждую черточку, каждую самую маленькую деталь его внешности и одежды.
Вот сейчас он уйдет, растает, и они никогда больше не встретятся, и через какое-то время Тамаре уже будет казаться, что этой встречи и не было вовсе, и этот удивительный человек, который думает, чувствует и видит точно так же, как она, просто привиделся ей во сне. Нужно как можно лучше запомнить его, впитать в себя, чтобы потом вызывать в памяти, когда захочется, и не усомниться в том, что это было на самом деле.
– Вы со мной не согласны? – огорченно спросил он. – Вы молчите, значит, вы не согласны. Жаль. Простите.
– Подождите, – Тамара схватила его за руку и судорожно сжала худую кисть с длинными сильными пальцами. – Я с вами совершенно согласна. И вы абсолютно правы. У меня есть такая шаль. Я делала ее специально для этого костюма, но второпях забыла взять из дома. Скажите, очень заметно, что шали здесь не хватает?
– Только мне. – Он улыбнулся, и эта улыбка, обнажившая чуть длинноватые не очень ровные зубы, показалась Тамаре самой замечательной улыбкой на свете.
– Больше никто ничего не поймет, уверяю вас. Просто я очень придирчив во всем, что касается одежды. Но в целом вы выглядите великолепно! И если позволите мне совсем уж банальный комплимент, то скажу: вы очень красивая женщина. Самая красивая из всех, которых я встречал в своей жизни. Еще раз прошу прощения, не смею больше вас задерживать.
