– Ишь чего захотел… перекладывать всю эту партию… тратить еще полчаса… да будь я проклят!
Он сгорбился, сморщил от натуги лицо. Раздался громкий звук, словно взвизгнула волынка, караульный расслабился и ухмыльнулся:
– Это в честь лейтенанта Кайлера, благослови его Господи!
79С наступлением темноты стало быстро холодать, температура упала на каких-нибудь несколько градусов, но легкий вечерний ветерок уже показался прохладным. Себастьян плотно завернулся в накидку, медленно двигаясь в толпе работников, которые по одному спускались по трапу германского крейсера и грузились на катера.
Силы его, как душевные, так и телесные, вконец иссякли, дневная работа на складе опустошила его; спускаясь по трапу и занимая место на катере, он двигался как сомнамбула. Когда катер отчалил и затарахтел вверх по протоке к лагерю на ближайшем острове, Себастьян оглянулся на крейсер с таким же точно тупым взглядом, какой был и у примостившихся рядом на корточках остальных рабочих. Он машинально отметил, что к борту «Блюхера» пришвартован паровой катер комиссара Флейшера.
«Хорошо бы, если бы эта жирная свинья была там на борту, когда все бабахнет к чертовой матери, – устало подумал он. – Надеюсь, что так и будет».
Откуда ему было знать, кого Герман Флейшер прихватил с собой. Ведь когда катер причалил к крейсеру и комиссар лично сопроводил Розу Олдсмит вверх по трапу, Себастьян работал внизу, под палубой.
– Иди-иди, поторапливайся, девочка. Сейчас покажем тебя бравому капитану этого прекрасного крейсера, – весело говорил Флейшер, пыхтя за спиной Розы.
– Ты ведь можешь рассказать ему много чего интересного, правда?
Грязная, обессилевшая от горя, с белым как полотно лицом, пережившая ужас гибели отца, с холодной ненавистью в груди к человеку, который все это устроил, Роза поднялась по трапу и, ступая на палубу, споткнулась. Руки ее были все еще связаны спереди, и она не смогла удержаться на ногах. Повалилась вперед, но отнеслась к этому безучастно, лишь слегка удивившись тому, что чьи-то руки подхватили ее и удержали от падения.
Она подняла голову и посмотрела на человека, который ее поддержал. В своем состоянии помутненного сознания она сначала подумала было, что это Себастьян. Высокого роста, загорелый, с сильными руками. Но тут увидела на нем островерхий форменный головной убор с золотистой кокардой и брезгливо отпрянула.
– А-а, это вы, лейтенант Кайлер! – проговорил за ее спиной комиссар Флейшер. – А я вот привел к вам гостью, очень миленькую дамочку.
