Вонзившись лопастями в мокрый песок, пропеллер раскололся, обломки разлетелись в разные стороны, а из передней кабины вывалилось человеческое тело. Раскинув руки и ноги и колесом вращаясь в воздухе, оно шмякнулось в мелкую у берега воду, подняв вокруг себя брызги, а аэроплан качнулся вперед и рассыпался на куски. Нижнее крыло оторвалось, тросовые ванты лопались так, будто кто-то палил в них из ружей. Фюзеляж повалился в воду, медленно заскользил юзом и застыл на спине, омываемый волнами прибоя. Из задней кабины на ремнях безопасности без движения свесился вниз головой да Сильва с безвольно повисшими руками.
Прошло несколько секунд ужасающей тишины.
– Помоги пилоту! – крикнула наконец Роза. – А я к Себастьяну.
Мохаммед и еще двое аскари побежали к Себастьяну, через которого, словно это был выброшенный на берег обломок кораблекрушения, перекатывались волны.
– За мной! – крикнул Флинн стоящим рядом и, переваливаясь по рыхлому песку, двинулся к месту крушения. Но дойти они так и не успели.
Воздух сотряс такой страшный взрыв, что у них чуть не полопались барабанные перепонки: это в баке аэроплана вспыхнул и взорвался бензин. Машина и поверхность моря вокруг мгновенно превратились в яростно ревущую стену пламени.
Дохнула волна горячего воздуха, и все сразу попятились. Темно-красные языки пламени, смешанного с адским черным дымом, жадно пожирали полотняное покрытие фюзеляжа, обнажая его деревянные конструкции. И в самом центре пожара под кабиной висело тело да Сильвы, его фигура почернела и теперь была похожа на обезьяну в горящей одежде.
Скоро огонь разъел держащие его ремни, и мертвый пилот тяжело бухнулся в мелкую воду, которая с шипением погасила на нем языки пламени.
Когда Себастьян пришел в сознание и смог приподняться на одном локте, останки аэроплана все еще тлели и дымились. Он смотрел на них и ничего не понимал. По песку, позолоченному мягкими лучами низкого вечернего солнца, как полосы на боках тигра, протянулись тени пальм.
– Да Сильва… – позвал Себастьян хриплым, неуверенным голосом.
"
"Нос его был сломан и расплющился на лице. Роза успела вытереть почти всю кровь, но в ноздрях и в уголках рта еще оставались черные, запекшиеся пятнышки. Из узеньких щелочек в распухших, синих кровоподтеках смотрели глаза Себастьяна.
– Не зови, – покачал головой Флинн. – Ему выжить не удалось.
– Он умер? – прошептал Себастьян.
– Мы похоронили его в лесу.
– Что там у вас случилось? – спросила Роза.
