– Это была ошибка, – прошептал он. – Ребенок… я такого приказа не отдавал!
– Скажи ему… – Роза секунду помолчала, – скажи ему, что я убью его.
Держащие винтовку руки шевельнулись, не спуская с него глаз, она сняла оружие с предохранителя.
– Это была ошибка, – повторил Герман.
Он сделал шаг назад, вытянул руки, как бы защищаясь от пули, которая, он это понимал, должна сейчас вылететь из ствола.
И вдруг Себастьян выкрикнул – всего только одно слово:
– Смотрите!"
"Из-за поворота Руахи, который был всего лишь в двухстах ярдах от места, где они стояли, показался еще один катер.
Он шел без особого шума, но быстро, и на его коротенькой мачте развевался флаг германских военно-морских сил. Вокруг пулемета «максим» на носу стояли люди в накрахмаленной белоснежной морской форме.
Люди Флинна с изумлением выпучили на них глаза. Их появление казалось столь же невероятным, как появление Лохнесского чудовища в озере Серпентайн в Гайд-парке или льва-людоеда в соборе Святого Павла, а тем временем, пока они так стояли, совершенно парализованные, катер быстро приближался к пристани.
Колдовские чары разрушил сам Герман Флейшер. Он разинул рот, набрал полные легкие воздуха и испустил страшный вопль, который понесся над гладью водной поверхности к катеру.
– Кайлер! – возопил он. – Это англичане!
Вслед за этим он пришел в движение, тремя легкими шажками протанцевал в сторону, с невероятной быстротой убрав свое тучное тело подальше от угрожающего ему смертью ствола Розы, прямо с пристани сиганул в темно-зеленый водоворот и юркнул под доски пристани.
За шумным всплеском воды, сомкнувшейся над его тушей, сразу же последовало «так-так-так» пулемета на катере, и воздух наполнился свистом пуль, их шлепками и треском расщепляемого ими дерева. Катер с бьющим по ним пулеметом на носу шел прямо на них. Вокруг Флинна, Розы и Себастьяна замелькали фонтанчики поднятой пулями пыли, дико завизжали рикошеты, один из бойцов их отряда развернулся на пятках, словно дервиш в пляске и, раскинув руки, растянулся на берегу, а его винтовка с громким стуком упала на доски причала, и только тогда застывший было в ужасе отряд отчаянно бросился врассыпную.
Флинн и его черные воины, пригибаясь и виляя вправо и влево, полезли на берег, одна только Роза рванулась вперед. Чудесным образом оставаясь невредимой, несмотря на шквал пулеметного огня, она подбежала к краю пристани, остановилась и наставила ствол винтовки на барахтающегося в воде Германа Флейшера.
