Десять дней они пережидали в этом месте, и ни одна ветка не была сломана на деревьях, ни один удар топора не оставил красноречивой белой зарубки на темных стволах леса. По ночам разводился крохотный, надежно прикрытый со всех сторон костерок из сухих веток, который перед рассветом засыпали песком, чтобы ни одна струйка дыма не смогла обозначить их присутствие в дневное время.
Разговаривать старались тихо, не повышая голоса, даже звон ведра навлекал на себя мгновенную и такую свирепую выволочку со стороны Флинна, что все сразу начинали проявлять нервозную бдительность, постоянно ожидая опасности и выражая готовность действовать в любую минуту.
На восьмую ночь в лагерь стали возвращаться разосланные Флинном разведчики. Они приходили скрытно и незаметно, как это делают животные, ведущие ночной образ жизни, и у костерка докладывали обо всем, что увидели.
– Прошлой ночью три старых самца приходили на Водопой больной гиены. Бивни у них были примерно такие вот… – и показывали рукой, какой именно длины были бивни, – а кроме них, оставили в грязи следы десять самок, шесть из них со слонятами.
А вчера в районе холма Инхосана я видел еще одно стадо, оно шло на рассвет, пять молодых самцов, двадцать три самки и…"
"Сообщения были довольно путаные, невразумительные, и, не имея в голове карты местности, Себастьян мало что в них понимал. Но Флинн, сидя у огня, внимательно все слушал, складывал отдельные кусочки информации вместе, и у него получалась цельная картина движения животных. Он видел, что крупные самцы все еще отделены от племенных стад, что они остаются на возвышенностях, а самки уже начали движение обратно к болотам, с которых их изгнал разлив рек, им очень хотелось поскорей убраться отсюда самим и отвести своих детенышей подальше от опасностей, существующих для них во время сухого сезона в лесах саванны.
Флинн обращал внимание и на оценку разведчиками толщины и длины бивней. Не достигшую полного развития и зрелости слоновую кость вряд ли стоило нести домой, из нее можно делать только бильярдные шары да клавиши для пианино.
Рынок таким материалом завален.
Лучшими считались бивни весом больше сотни фунтов, длиной до семи футов и в два раза толще бедра полной женщины, такие принесут до пятидесяти шиллингов за фунт торгового веса.
Животное с такими бивнями, торчащими с обеих сторон хобота, стоит от четырех до пяти сотен фунтов стерлингов в соверенах чистого золота.
Флинн один за другим отбрасывал предполагаемые районы охоты.
