– Смотри, какой большой замок. Смотри, на крышке нарисована птица кайзера… – Он наклонился над сундучком и схватился за ручки. – Но самое главное, попробуй, сколько он весит!"
"Среди другого имущества, валяющегося вокруг костра, Мохаммед нашел толстый моток пенькового каната в дюйм толщиной. Важная штука, Герман Флейшер непременно брал ее с собой в каждую экспедицию. Мохаммед связал ею всех носильщиков вместе на уровне талии, оставив между ними достаточно места для согласованных движений, но так, чтобы они не смогли сбежать поодиночке.
– Зачем ты это делаешь? – поинтересовался Себастьян с набитым ртом.
Он как раз за обе щеки уплетал кровяную колбасу с черным хлебом. Остальные коробки были набиты едой, и Себастьян в данный момент с большим удовольствием завтракал.
– Чтобы не удрали, – ответил Мохаммед.
– Не хочешь ли ты сказать, что мы возьмем их с собой?
– А кто же еще потащит все это? – спокойно ответил вопросом на вопрос Мохаммед.
Через пять дней Себастьян сидел на носу длинной долбленки-каноэ, поместив обугленные подметки своих сапог на сундучок, лежащий на днище лодки.
Он с наслаждением лакомился толстым бутербродом с колбасой и луком, на нем было чистое белье и носки, правда на несколько размеров великоватые, а в левой руке сжимал откупоренную бутылку пильзенского пива – все это было любезно предоставлено комиссаром Флейшером.
Гребцы с непринужденным весельем распевали песни, поскольку за перевоз Себастьян заплатил им столько, что они как минимум смогут купить себе еще по одной жене.
Держась поближе к португальскому берегу Рувумы, подгоняемые дружной работой гребцов и течением реки, они за двенадцать часов покрыли расстояние, пройти пешком которое с тяжело нагруженными носильщиками можно было бы дней за пять, не меньше.
Себастьян со своей свитой высадился как раз напротив того места, откуда было недалеко и до деревни М’топо, ну и до Лалапанци оставалось шагать всего десять миль.
Они проделали этот переход без остановки и были на месте уже затемно.
30Окна бунгало были темны, – видимо, там спали, да и в остальных хижинах тоже спали. Предупредив всех не поднимать шума, Себастьян повел свой изрядно поредевший отряд на переднюю лужайку и на виду поставил сундучок с собранным Флейшером налогом. Он очень гордился своим успехом, и ему хотелось создать соответствующее возвращению домой настроение.
