Вытянул руку над головой, и, когда акула, рывком преодолела разделявшие нас несколько футов, я почувствовал, как пальцы Чабби сомкнулись на моем запястье, а затем вода взорвалась: меня с невероятной силой дернули к лодке, и одновременно со мною на поверхность выскочила акулья туша.
Ну а потом оказалось, что я лежу на дне вельбота: Чабби, по сути дела, вызволил меня из пасти чудовища.
– Нормальные у тебя питомцы, Гарри, – безучастно заметил он.
Но я знал, что это напускное равнодушие, и поискал глазами Шерри. Увидел ее на корме – мокрую, бледную.
– Ты цела? – спросил я.
Она кивнула. Вряд ли могла сейчас говорить.
Дернув защелку быстрого съема, я сбросил с плеч груз акваланга, избавился от маски с ластами и выглянул за борт.
– Чабби, приготовь-ка брикет нашего желе!
Акула держалась рядом, кружила у лодки, взбешенная болью и неудачной охотой, поднявшись к самой поверхности и выставив из воды спинной плавник. Я понимал, что она запросто может напасть на вельбот и проломить обшивку.
– О господи, Гарри, ужас-то какой…
Шерри наконец-то обрела голос, и я понимал, каково ей.
Ненавидел эту проклятую рыбу с той же силой, с которой недавно страшился ее, – но мне требовалось отвлечь акулу от прямой атаки.
– Анджело, тащи сюда ножик и мурену! – крикнул я, и он передал мне холодную скользкую тушу. Я откромсал десятифунтовый кусок мертвой плоти и зашвырнул его в заводь.
Акула сменила курс, бросилась к мясу и заглотила его, едва не опрокинув по пути вельбот.
– Чабби, быстрее!
Я скормил ей еще один кусок мурены.
Акула схватила его, как хватает подачку голодный пес, пролетела под корпусом, снова задела вельбот, и тот закачался. Ощущения были весьма неприятные. Шерри взвизгнула и вцепилась в банку.
– Готово, – сказал Чабби.
Я протянул ему пару футов выпотрошенной мурены:
– Сунь брикет ей в брюхо и обмотай линем для прочности.
– Вот это мне нравится, – хмыкнул он и сдавленно усмехнулся.
Пока я подкармливал чудище кусками мяса, Чабби соорудил из гелигнита и остатков мурены аккуратный сверток, из которого торчали изолированные провода, и передал его мне.
– Подключай, – велел я, собирая в левую руку десяток витков провода.
– Готово, – усмехнулся Чабби.
Прикинув траекторию движения спинного плавника, я бросил в заводь фаршированную взрывчаткой мурену.
Акула бросилась к ней и, сверкнув голубой спиной, слопала наше подношение. Провод тут же ушел вбок, и я начал стравливать его с катушки:
– Пускай заглотит как надо.
Чабби закивал.
