— Даже сейчас, когда проклятые враги в считанных километрах от Праги, вы не способны смирить свою скотскую сущность и явить хоть немного дисциплины… — от дальнейшего брюзжания лейтенанта мужиков спасла дверь кабинета номер семь.
Вздохнув от ощущения безнадеги, тридцатишестилетний учитель фортепиано Езек Гавранек направил во Вселенную вопрос:
— Почему такое существо наделено правом распоряжаться чужими жизнями? Это же животное!
Стоящий рядом в уютном на общем фоне закутке между не зажженной сейчас печкой и собственно удивительно здоровенным для музыканта Езеком невысокий, щуплый, круглолицый молодой человек лет двадцати с нездоровыми тенями под глазами отвлекся от личных страданий от неприятной обстановки:
— Я знавал одного немца, человека весьма предприимчивого.
Он мыл мясником и хозяином фермы, и однажды ему пришла в голову идея отмыть одну из своих свиней, нарядить в платье с бантами и пустить по городу слух, будто она — наследница богатого приданого по праву любимицы престарелой графини.
За прошедшие часы народ успел привыкнуть к забавным байкам этого простодушного на вид паренька, и они им нравились гораздо больше споров из-за места в очереди.
— Задумка оказалась удачной, и в лавку потянулись зеваки. Довольный мясник Шмидт греб деньги лопатой до тех пор, пока на «капиталы» несуществующей старой графини не решил позариться один известный охотник за состоянием престарелых вдов. Показав Шмидту поддельную бумагу с печатью городской управы, он попытался вызнать имя и адрес графини.
Будучи ответственным гражданином, мясник не стал спрашивать, какое отношение к подобным делам может иметь городская управа и отправил помощника за полицейским.
— Благодарность получил поди, — предположил сорокадвухлетний усатый и лысый токарь Леош.
— Охотник за вдовушками получил год тюрьмы за подделку документов, а Шмидт — немалый штраф за мошенничество.
Мужики похмыкали — смеяться в такой духоте сил не осталось — и кто-то спросил:
— А в чем здесь мошенничество?
— В том, что в городе нашлось очень много мясников, которые убедили полицию заставить Шмидта избавиться от свиньи, — поморщившись от неинтересной на его взгляд части истории, ответил рассказчик.
— Любопытная история, — одобрил Езек. — А вот у меня однажды был ученик…
Рассказать он не успел — дверь кабинета номер девять выплюнула в коридор пяток «отработанных» будущих солдат, и Езеку с круглолицым пареньком пришлось пойти в кабинет вместе с тремя другими «счастливчиками».
