Ещё чувствую, как по вене начинается струиться холодный раствор и тонкое одеяло укрывает меня до самого подбородка, а потом знакомое забытьё утягивает меня туда, где есть она... моя Вика.
2. Виктория
Поезд прибывает строго по расписанию."
"Утро. Шумное, апрельское, неожиданно холодное. Зябко кутаюсь в курточку, громыхая чемоданом по привокзальной площади, как мешком с костями.
Ну, здравствуй, большой город!
Город чужой. Негостеприимный. Злой. Равнодушный. Не прощающий ошибок. Не любящий слабых. Не верящий слезам.
Город, которому я не нужна.
Город, в котором мне некуда даже пойти. Он выплюнул меня, как ставшую невкусной жвачку. Но я приехала не покорять столицу. Вернулась не для того, чтобы кому-то что-то доказывать. Я приехала ради того, кто мне дороже всех на свете.
Алекс. Не знаю, получится ли у нас начать всё сначала, нужна ли я ему ещё - столько времени прошло с того момента, когда он меня ещё искал. Но я попробую. Даже не беременность - та веская причина, что у меня теперь есть, - тому виной.
А робкая надежда, что даже если он выкинул меня из своего сердца и постарался забыть, моей любви хватит на двоих.
Если я нужна ему - я буду рядом. Если получится - солнцем, а если нет - то просто тенью. Уж чего-чего, а упрямства мне не занимать.
На автобусной остановке полно народа. Суетятся, толкаются, опаздывают, дёргают детей, переставляют сумки, нервно смотрят на часы.
Отхожу со своим чемоданом в сторонку. Мне некуда торопиться. Мне негде даже остановиться в этом беспокойном городе.
Благо, я знаю студенческое общежитие, в котором можно дёшево снять койку в гостинице для заочников. В его направлении и поеду. Мне бы вещи бросить, да чтобы ночью было где голову преклонить - большего и не надо.
Пропускаю первый набитый под завязку «аутобас». И когда на остановке становится свободнее, достаю телефон.
Открытый на букве «А» и зажатый в руке, он нагревается, а я всё не решаюсь позвонить.
Что я ему скажу? Как он ответит?
Волнуюсь так, что не могу вздохнуть.
Но к чёрту сомнения! В конце концов, я просто попрошу о встрече. И всё. Делаю глубокий вздох полной грудью. Алекс. Пальцы предательски дрожат, но нажимаю на «вызов».
Стук собственного сердца заглушает длинные и такие долгие гудки.
«Возьми трубку! Ну, пожалуйста, возьми трубку!»
«Извините...» Гнусавый голос оператора рассыпает в прах мои надежды. Но я ещё не сдаюсь. Второй звонок, третий. Гудки идут, но он не отвечает.
