Но вы пришли не для того, чтобы про тех, кто в старых стенах сейчас живет, слушать. Задавайте прямые вопросы, получите откровенные ответы. Я не из тех, кто хвостом следы заметает. Если ваше любопытство покажется мне бестактным, я скажу об этом. А сейчас объясните цель своего визита. Честно. Врать мне не стоит. Я профайлер, всегда вижу ложь. Не хочу порой знать, что меня водят за нос, а все равно понимаю: это обман. Очень мешает в близких отношениях такая способность.
Я рассказала Огаревой о визите Ксении. Надежда Васильевна слушала меня не перебивая, и, когда я замолчала, произнесла:
– Фил мертв.
Ну, теперь нет смысла хранить тайну. Покойник неподсуден. Спрашивайте, что хотели.
– Почему вы пошли работать к Зеленовым? – спросила я. – На момент появления вас в доме Флора была взрослой девушкой.
Огарева заправила за ухо прядь волос."
"– Мой отец был психиатром, не путайте с психологом, это разные специалисты. Василий Сергеевич был настоящим гением. В придачу к уму и таланту господь наградил его невероятным трудолюбием и работоспособностью.
Папа лечил людей, учил студентов, писал монографии: доктор наук, профессор, академик. Очень добрый к больным и жесткий к недобросовестным врачам и к себе, уважительный с коллегами, вечный ученик, постоянно повышал свою квалификацию. Когда я, получив диплом, решила писать кандидатскую, отец мне запретил:
– Нет. Ты пустой кувшин, обладательница теоретических знаний, вчерашняя студентка. Будешь работать в клинике, а еще служить сиделкой при девушке, дочери моих приятелей.
У нее редкое психическое расстройство. Через три года поговорим о диссертации.
Я испугалась.
– Как мне совместить больницу и еще какую-то работу?
Он ответил:
– Молча. В кино не побегаешь, на свидания не пойдешь, с подружками болтать не станешь. В три часа дня уйдешь из клиники, через полчаса окажешься у Зеленовых, освободишься в десять. Чем меньше у девушки свободного времени, тем спокойнее ее родителям, глупостей она не натворит, потому что некогда. И тем лучше для молодой особы, она не свяжется с неподобающими людьми.
Я слегка приуныла, но с отцом не поспоришь…
Огарева взяла со стола кувшин и налила в стаканы розовую жидкость.
– Попробуйте. Сама варю компот. Чай и кофе не употребляю, потому дома их нет. Из напитков вода и узвар. Я отправилась к Зеленовым. И хоть была тогда, по выражению отца, «врачом только по диплому», быстро поняла: Флора Зеленова особый человек. На первый взгляд она нормальная красивая девушка.
