Я, закусив губу, глядела, как Шон, прикрыв глаза и часто дыша, раз за разом выгибается, елозя плечами по одеялу на моих ногах. Что с ним – я понимала. То самое, чего сама я боялась пуще огня и всеми силами стремилась избежать… Неприятно не было. Скорее, когда прошёл первый шок, возникло ощущение неправильности происходящего. Ведь, несмотря на экстаз на лице, Шон сейчас себе не хозяин, все силы уходят на то, чтобы не тронуть меня… Невольно вспомнилось искаженное лицо Аскани, скорчившегося в луже на полу.
«Прави…льно…пони…маешь…» – маг выгнулся дугой, приоткрыв рот, ещё сильнее стиснул мою руку, хрипло застонал и обмяк.
Повернул ко мне встрепанную голову, криво усмехнулся:
«Приплыли. Вот так я вляпался. А теперь прикинь, устроить такое представление в музее, на глазах у твоего кузена и всей школы?»
Ох! Ужас какой…
«И в башне меня так долбануло… Одного прикосновения хватило… – грустно улыбнулся. – Не хотел я это девочке показывать… прости».
Он продолжал держать меня за руку. Я не вырывалась.
Выходит, он говорил правду?"
"Примерила на себя – а если б я начала реагировать на кого-то вот так? Например, на Кирана.
Кошмар какой! Даже не кошмар. Тут и слова-то правильного не подобрать. Позорище, стыдоба несусветная и жуть неприводимая! Чтобы просто притронуться рукой – и так скручивало! Хочешь не хочешь – а сделать ничего не можешь. Да я б тогда от этого Кирана на край света сбежала! Шарахалась бы, как сумасшедшая, и наплевать бы мне было на все приличия и «кто что подумает».
Бедный Шон! Вот знала я, знала, что один вред от этих любовий! На минуту расслабился, засмотрелся – и на тебе! Приложило сомнительное счастье, как поленом по голове, и никуда не денешься.
И здесь уже не до обид. Здесь думать, как помочь, надо. Но всё же не удержалась, спросила:
«Шон… а тебе было хорошо?»
«А? Это? Да, сладко и ярко, как никогда прежде. Только жутко хотелось содрать с тебя одеяло и прижаться. А тебе всего четырнадцать, и дракон в проекте. И вообще ты – чужая невеста. А я старше в три раза.
И наконец, сама понимаешь – приворот – это ни разу не любовь…»
Замолк.
«Уже не в три, – вздохнув, утешила я, как могла. – Мне уже четырнадцать, а тебе всего тридцать девять… Только я замуж совсем не хочу. Ни за кого и никогда».
А что не любовь – так Тин рассказывала. Наложить приворот можно хоть на курицу, хоть на валенок. От любви в том… гм-м… одни последствия.
«Понимаю. Я тоже жениться не рвусь. Хотя… уж расскажу всё до конца, а ты думай сама.
