Он высчитывал, сколько верст они уже проехали, умножал на свои коллежско-асессорские семь с половиной копеек и получал цифру прогонных. Чем больше сыщики удалялись от столицы, тем грек делался веселее…
Когда подъезжали к Иркутску, Азвестопуло согласился остаться на государственной службе, а ресторан записать на жену. Дело теперь было за малым: найти бандитский прииск, перебить всех злодеев и захватить хищническое золото. Оставшись при этом в живых…
В столице генерал-губернаторства командированные не пробыли и сутки – сразу с вокзала отправились в крепком ямщицком тарантасе в Качуг.
Это большое село Верхоленского уезда целиком занималось обслуживанием судоходства по Лене, а зимой мужики строили барказы. Двести шестьдесят верст от Иркутска промчались с ветерком за двое суток. Лыков торопил возницу и не скупился давать на водку, когда на станциях меняли лошадей. Мимо тянулись унылые бурятские селения, уставленные домами с плоскими крышами, при которых не имелось ни садов, ни огородов – только загоны для скота.
Между ними попадались русские деревни с красивыми деревянными храмами и золотыми шарами в палисадниках. Особенно понравилась Лыкову церковь в селении Оёк, с куполом в форме бурятской юрты.
В селе Баяндай, ровно посредине Иркутско-Качугского тракта, командированные остановились на ночлег. Хорошо закусили в одном из четырех трактирных заведений и заняли дворянскую комнату на почтовой станции. Открытый лист, подписанный премьер-министром, распахивал любые двери.
Движение к реке было очень оживленным, торговцы спешили завезти товары на север до зимы; караваны груженых телег встречались чуть не на каждой версте."
"В Качуге питерцы в последний момент удачно сели на уже отчаливающий пароход «Тайга» товарищества Коковина и Басова. Единственная каюта первого класса досталась им без боя. Тариф четыре копейки с версты! Многим это было не по карману. Пассажиры вокруг выглядели людьми небогатыми или старались таковыми прикинуться. Все как один с утра до вечера грызли кедровые орехи, сплевывая скорлупу за борт.
До Якутска предстояло плыть две с половиной тысячи верст. Велика империя!
Сыщики начали уставать от дороги. Когда пароход останавливался в селениях, они лишь изредка выбирались на экскурсию. Так миновали Верхоленск, Жигалово, Орленгу, Усть-Кут… Недалеко от Верхоленска на левом берегу Лыков увидел Шаманский камень – большую скалу, странно расширяющуюся снизу вверх, про которую он читал у Короленко.
