Для русского чиновника это очень важно, если вспомнить, какое дерьмо у нас пробирается в начальство. Еще Ермолов сто лет назад говорил Аракчееву, что репутация офицеров зависит от скотов… И финансовая независимость – лучшая управа на дурное руководство.
Широкая долина Менкюле была покрыта пересекающими ее параллельными валами, между которыми в пять-шесть рядов вытянулись длинные узкие озера. Лыков видел похожие канавы на торфоразработках, а здесь это были следы древнего ледника, сползавшего с Верхоянского хребта. Сама река, при значительной ширине, оказалась неглубокой, но с сильным течением, и ее кое-как перешли вброд.
Вода била под седло, норовя свалить коня с ног…
Волкобой назначил дневку на правом берегу, в урочище Бахсы-аттыга. Отсюда отряд свернул в долину притока Менкюле – Теберденя. Верховья этой реки находились уже вблизи перевала.
По новой долине они двигались четыре дня почти без отдыха. Горы все выше и выше лезли вверх, нависали над тропой. Плоское дно долины оказалось сплошь завалено галечником.
Прежде река была шире, и следы былого величия теперь мешали лошадям идти. Хоть и подкованные, они то и дело поскальзывались на окатышах. Во время отдыха приходилось снимать с них вьюки вместе с ханками[73] и потниками и отпускать налегке щипать траву. Неприхотливые якутки умели разыскивать ее даже зимой под снегом. Найдя корм, лошадь ржанием подзывала к себе остальных, и живой инвентарь подкреплял силы. Иногда травы не было вовсе, и тогда приходилось развязывать саквы с овсом. Люди в это время грызли сухари, запивая их водой.
"
"Здесь же питерцы впервые близко столкнулись с тарынами, которыми их пугал Березкин. Тарыны образуются зимой, когда узкие и мелкие горные реки промерзают до дна. Текущая без остановки вода ищет себе обходные пути. Струйки ее расползаются вширь, схватываются, образуют корку льда. На нее намерзают новые и новые слои, наледь растет и в ширину, и в высоту. В результате огромный ледяной барьер перекрывает долину поперек, от края до края. Весной баррикада начинает таять, но большие тарыны не успевают до начала следующей зимы превратиться в воду.
Лыков ехал и не верил своим глазам. Август! Долина залита светом. Солнце жарит, как в русской деревне средней полосы. Склоны покрыты зарослями вороники, морошки и княженики, усыпанными спелыми ягодами. А на реке глыба льда, через которую надо как-то перескочить.
К удивлению командированных, лошади охотно взбирались на лед. Тот оттаял на солнце и не препятствовал движению.
