Подозвав мальчика, Девина объяснила, что ей нужно, и стала дожидаться его возвращения, оставшись наедине со своими мыслями…
Луиза, несмотря на свой недуг, оставалась почти такой же, какой она ее помнила. Каштановые волосы и круглое личико были теми же, что и прежде. А как они когда-то смеялись вместе… Девина очень сожалела, что не приехала к подруге раньше.
Ну а теперь… Она прекрасно понимала, что могло случиться в следующие несколько часов. Довольно скоро – возможно, очень скоро – жар спадет… или Луиза умрет.
А доктор… Он едва ли мог что-то изменить. Но все-таки это не холера… Ее она сама пережила. Войдя в комнату подруги в первый раз, она ужаснулась. Запавшие глаза Луизы и сморщенные кисти рук заставили ее предположить, что у той холера, но потом поняла, что явных проявлений холеры не было. Схожие симптомы были вызваны недостатком жидкости.
Луиза хотела уберечь мужа и сына и запретила им входить в спальню, но этим она обрекала себя на гибель. Девина и раньше видела умирающих.
Она сама ухаживала за отцом, но не смогла его спасти. Всегда тяжело, когда умирают твои родные и друзья, но надо в таких случаях держать себя в руках. Девина утерла глаза. Она находила некоторое утешение в том, что смогла хоть немного облегчить страдания Луизы, пусть даже ей больше ничем не удастся помочь.
Вернулся мальчик с водой и пучком морковки и пастернака. Девина вымыла корнеплоды, порезала и кинула в котелок, а затем подвесила его на крючок в очаге и снова позвала мальчика.
– Чем ты обычно занимаешься в это время? – спросила она.
– Уроками. – Мальчик указал на кухонный стол. – Пока мама готовит…
– А у тебя есть грифельная доска? Принеси ее, будешь делать то задание, которое она тебе дала в последний раз. И не смотри на меня так. Ты должен заняться чем-нибудь, а не просто сидеть и волноваться.
Девина дождалась, когда мальчик вернется с грифельной доской, затем вышла в огород. К вечеру заметно похолодало.
Какое-то время она бродила по огороду с изрядными остатками летних овощей и с различными травами.
Роскошный огород… Осеннее изобилие… Вспоминая, как играла когда-то с Луизой, Девина повернулась так, чтобы ее не было видно ни из амбара, ни из дома, и из ее глаз хлынули слезы печали и отчаяния.
Глава 13
Эрик не часто так волновался, как сейчас, в эти минуты. Он нервно расхаживал в сгущавшихся сумерках и слишком уж часто вскидывал взгляд на дорогу, надеясь, что Напьер вот-вот вернется.
