– Девина отвернулась и сверкнула улыбкой в сторону джентльменов, державшихся чуть поодаль, но не терявших надежды. – Милорд, если я пообещаю не выходить сегодня вечером ни за одного из них, вы позволите мне немного поразвлечься?
– Да, разумеется.
– Благодарю вас, ваша светлость. Для меня редкое удовольствие стать предметом такого внимания. – Она снова посмотрела мимо него. И снова сверкнула чарующей улыбкой.
Эрик нахмурился и, резко развернувшись, удалился. Лэнгфорд перехватил его, когда он уже подходил к двери ложи.
– Похоже, все прошло хорошо, – произнес приятель с сардонической улыбкой. – Вполне понятно, что она не выносит даже твоего вида. Я почти ожидал, что она отреагирует именно так.
Эрик еще больше помрачнел и проворчал:
– Лэнгфорд, а разве ты не должен уделить внимание своей жене? По-моему, ты слишком надолго оставил ее одну.
– Она не возражает, потому что по возвращении я расскажу ей множество интересных историй.
– Я очень рад, что смог стать для вас сегодняшним развлечением.
Эрик направился в свою ложу, надеясь, что музыка все же подарит ему душевное спокойствие, ради которого он сюда и пришел.
Но скорее всего он будет слышать только мелодичный женский смех.
«Пожалуйста, давайте встретимся в три часа на Рассел-сквер».
Получить такую записку уже было достаточно странно. Ведь она, Девина, не относилась к тем женщинам, которые получали просьбы о тайных свиданиях. И еще более странной оказалась подпись. Записку отправил мистер Хевершем.
Девина не знала, что и думать. Если бы он действительно хотел поговорить с ней, то разве не пригласил бы в Сент-Джеймсский дворец? А может, он всего лишь стремился избавить ее от долгой поездки по городу?
Ровно в три часа дня Девина пришла на Рассел-сквер и осмотрелась.
Хевершема нигде не было, и она присела на скамью. Он появился через пять минут и, после того как они обменялись любезностями, спросил:
– Не хотите пройтись?
Она встала и зашагала с ним рядом. При ярком дневном свете этот человек казался еще более изможденным. Во впавших щеках залегли тени, и он щурился от солнечного света, а рот по-прежнему напоминал лягушачий.
– Я подумал, что такая встреча будет для вас более удобной, – произнес он. – И менее формальной.
– До чего заботливо. И полагаю, выбранное вами своеобразное место встречи означает, что вы говорите не от имени короля.
– Вы очень проницательны. Да, вы правы. Я говорю не от имени его величества. Всего лишь хочу донести до вас мой собственный взгляд на положение вещей.
