– Какие странные вещи вы говорите… Предпочтете провести время с подобной женщиной, но не пожелаете на ней жениться? А на какой женщине вы хотели бы жениться, если вообще намерены это сделать?
Герцог пожал плечами.
– На такой же, на какой женился мой отец, и его отец, и все наши предки.
– На пустоголовой красотке?
– Не совсем уж пустоголовой, если получится. И красота меня не так уж волнует. Главное – на приемлемой.
Девина задумалась. Может, Брентворт не одобряет женитьбу Лэнгфорда на Аманде? Вероятно, он считал, что женитьба Страттона на графской дочери куда лучше.
Но для герцогов даже Клара не могла считаться по-настоящему приемлемой.
– Не похоже, что вас это вообще волнует, – заметила Девина. – Вы до сих пор не воспользовались чудесной возможностью стать таким, как все Брентворты до вас, поэтому я не думаю, что женитьба представляет для вас интерес.
– Мне еще не поздно жениться. Я избегаю не брачного союза как такового, а необходимости тратить время на то, чтобы все это организовать. Однако во время следующего сезона я сделаю все обязательные па, найду себе партнершу и выполню свой долг.
– «Приемлемую» партнершу? – Девина улыбнулась. – А знаете, что я думаю? Вы избегаете брак потому, что вам не нравится постоянно вести себя как полагается. Вероятно, вы бы предпочли бо́льшую часть времени не быть идеальным герцогом, – добавила девушка.
Брентворт посмотрел на нее: сначала с удивлением, затем – с интересом, – и от этого взгляда Девине сделалось не по себе.
– Мисс Маккаллум, я вовсе не являюсь идеальным герцогом.
Называть меня так – большая ошибка. Просто я всегда был человеком весьма осмотрительным, потому что давно понял: если джентльмен соблюдает внешние приличия и избегает скандалов, то может жить так, как ему нравится. И я живу именно так, потому что моя жизнь – это мое личное дело. – Герцог подался к собеседнице, так что их лица теперь почти соприкасались. – И я вовсе не веду себя как идеальный герцог – вам-то это хорошо известно, не так ли?
Судорожно сглотнув, Девина пробормотала:
– Сомневаюсь, что вас назвали так только из-за вашей осмотрительности.
Невозможно жить в Лондоне, в светском обществе, и быть тайным распутником или пьяницей.
– Я не распутник. И рад, что не пьяница. Но что касается Лондона – то это же не весь мир… Когда я покидаю столицу, то покидаю и все остальное, например – злобных любопытных сплетников. К примеру, закажи я для нас наверху только одну комнату, а не две, и никто здесь даже внимания бы на это не обратил.
