Степка сделал пируэт, перекинул партнершу на другую сторону, четким юнкерским движением наклонил голову и тут заметил того самого человека, который аплодировал громче всех.
И Хохлов его тоже заметил.
— Папа!!! — И уверенный в себе, грациозный и темпераметный мачо, бросив партнершу, ринулся через танцпол, прыгнул Пилюгину на руки, изо всех сил стиснул его шею и повис на отце, как маленькая обезьянка.
Пилюгин подхватил его под задницу. Степка судорожно прижимался к нему, прятал лицо, и Хохлов вдруг перепугался, что мачо сейчас все-таки заплачет, как самый обыкновенный маленький пацан!.
.
— Папа!!! Папочка!!!
Извиняясь на каждом шагу, Пилюгин протолкался к своим. Ольга уже столкнула с коленей Растрепку и тоже примеривалась кинуться Димону на шею и, не стесняясь, плакала, а Арина, наоборот, смеялась, а малыш во все стороны крутил головой, не понимая, что случилось, и Степка, не отпуская отцовской шеи, вдруг стал болтать ногами и задел бокал с недопитым соком и перевернул его на скатерть, и стакан тоненько дзинькнул, и…
* * *"
"— …и все! — Пилюгин допил чай из большой кружки и ложкой доел сахар.
Ольга не отходила от мужа и все время за него держалась, как будто он четыре года воевал и случайно вернулся живым. — Они меня вытолкали, и я приехал. Я же знал, что Степка сегодня выступает!
Они все сидели на кухне у Пилюгиных, которая совершенно изменилась и вновь стала веселой и светлой, словно фея превратила тыкву в карету!..
— А вытолкали-то хоть под подписку?
— Какую подписку, Мить!
— Какую! Такую! Чтобы ты не смылся от правосудия!
Пилюгин посмотрел на Хохлова:
— Без всякой подписки меня вытолкали.
Сказали — ты нам столько времени голову морочил! Признайся, Митя, ты звонил кому-нибудь?
— Игорю Никоненко я звонил, — признался Хохлов. — Сегодня вечером. И третьего дня тоже звонил.
— А что… ты ему говорил?
— Что я знаю, кто убил Кузю, и у меня доказательства есть, и что это вовсе не ты!
— Митя! — вскрикнула Ольга. — Ты знаешь, кто убил Кузю?!
— Да я еще вчера знал и тебе это говорил, между прочим!
Ольга растерянно моргала.
— Ты говорил, что его убил таксист! Но это же ерунда, Митя!
— Это никакая не ерунда! Помнишь, я у тебя спрашивал про шторы? Ну, есть ли шторы в Кузиной комнате?
— Помню, конечно.
— И ты мне сказала, что занавесок нет, помнишь?
— Ну, помню, помню!..
— Штор нет, а соседний дом есть! И я туда съездил и нашел квартиру, в которой живет молодая мать с ребенком.
