Капитан, оглушенный бедой, смотрел, как солдаты грузили в машину тела погибших – первого секретаря райкома Воеводина, офицера госбезопасности Субботина, начальника милиции Пархоменко. Сердце его защемило, когда он увидел Максима Волкова. Порванный осколками, весь мучнистый, тот казался каким-то виноватым, растерянным. Мол, прости, командир, выбываю. Дальше давайте без меня.
Ни в бога, ни в черта Алексей не верил. Но есть ли что-то после смерти? Куда уходят люди? Он невольно начинал все чаще задумываться об этом.
Капитан приказал погрузить тела бандеровцев на телегу и тоже увезти в морг. Пусть лежат до опознания, пить-есть не просят.
Телефонная связь работала, он дозвонился до полковника Кускова, доложил о беде и сказал:
– Готов понести самое суровое наказание, товарищ полковник. Возможно, в том, что произошло, имеется и моя вина. Но сил для охраны здания не было.
– Вы отбились? – Полковник как-то поскучнел.
Связь была идеальная. Кусков словно сидел напротив и придирчиво смотрел в глаза.
– Можно и так сказать. Бандиты бежали.
– Какие силы у тебя в наличии?
– Десяток красноармейцев, несколько милиционеров и сотрудников госбезопасности. Есть еще армейский взвод, но в райцентре солдаты появляются редко. Сегодня-завтра их точно не будет.
– Не на что тебе жаловаться. Действуй, капитан! – отрезал Кусков. – Останешься совсем один – тоже работай. Незаменимых у нас нет, но на текущий момент ты именно такой. Позднее рассмотрим меру твоей вины и примем решение. А сейчас трудись.
Какого хрена ты мне звонишь? С Желтухиным хочешь пообщаться?
Алексей передернул плечами и промолчал.
Через несколько минут он построил личный состав, пересчитал. Силуэты людей колебались в темнеющем небе. Усталые лица, помятое обмундирование. Старшина Капустин исподлобья сверлил его глазами. Милиционеров и сотрудников МГБ капитан свел в одну группу. Девять человек, и даже офицер есть. Худощавый, лопоухий и неприлично молодой лейтенант Тамбовцев не имел никакого опыта и заслуг, прибыл по распределению – карать врагов Советской власти и всячески крепить государственную безопасность.
– Старшина, верните людей на посты, – распорядился Кравец. – Никаких бодрствующих и отдыхающих смен, службу несут все и всегда. Караулы сократить. Взять под охрану комендатуру, здание госбезопасности. К четырем часа утра добудьте машину. Нужно потерпеть эту ночку, парни. Отоспимся на том свете.
– А почему на этом-то нельзя? – глухо посетовал кто-то.
