Видимо, нечем было хвастаться, зубы здоровее не стали.
– Кравец, сколько лет, сколько зим. – Он глухо засмеялся, по сумрачному лицу бегали блики от свечей. – А ты постоянен в своих желаниях, ценю. Тебе не надоело за мной бегать? Когда же ты наконец-то угомонишься?
«Кажется, я добегался», – подумал Алексей.
– Молчишь, Кравец? Ау, ты здесь? – Носок сапога еще не причинял острой боли, но, похоже, Бабула готовился повеселиться. – Слушай, мы знакомы уже больше двух лет, а ты по-прежнему капитан. Не ценит тебя начальство? Почему так, Кравец?
– Ты тоже, Бабула, не верховный главнокомандующий всей вашей шпаной.
– Верно подметил. – Нестор был настроен благодушно. – Но где ты, и где я, согласись.
– Слушай, Бабула, чего ты хочешь? – не выдержал Алексей. – Причинить дополнительную физическую боль? Давай, это у тебя хорошо получается. Расстрелять можешь, но не хочешь. По крайней мере пока. Ты делаешь хорошую мину при плохой игре. Твой враг у ворот, ты не можешь это не понимать. Подтянутся подкрепления, и капут тебе.
Пусть большой кровью, но тебя дожмут, Бабула. Покинуть базу запасной тропкой ты тоже побаиваешься, привык отсиживаться в схронах, широкие пространства не для тебя. Единственный козырь – два пленных советских офицера. Ими можно прикрыться, поторговаться, если придет пора поступиться принципами. Так что сильно нас увечить тебе не резон. Время потянуть надо, верно? Я слышал, рация работает? Коллег из соседней берлоги вызывал, просил подмоги?.. – Алексей не договорил.
Увлекся он что-то.
Удар сапогом пришелся в грудину.
Спасибо, что не в голову. Затрещали кости.
Капитан рванулся. Чем угодно, хоть зубами впиться в эту гадину! Загрызть до смерти!
Бабула отшатнулся. В пещере находился кто-то еще, подлетел, ударил в живот. Дыхание пленника перехватило. Он свернулся улиткой. Нельзя ему «болеть», он должен быть в форме. Посыпались удары по голове, ребрам, почкам и селезенке. Капитан закрылся руками, плотно подтянул колени к животу.
Все это могло бы кончиться очень плохо, но тут снаружи опять разгорелась пальба.
Стреляли вне пределов базы, различались крики. Прогремели два взрыва. Потом где-то рядом забился в судорогах пулемет, вероятно, тот самый, мимо которого его прогнали конвоиры.
Что происходило? Отчаянная попытка красноармейцев пробить оборону? Прибыло подкрепление?
Пулемет захлебывался, недовольно шумели люди. Снаружи пробежали несколько человек. Потом все резко оборвалось, настала тишина.
– Убрать это дерьмо! – Бабула резко махнул рукой.
