Так, больше находишься в полудреме, готовый в каждое мгновение вскинуться при первом подозрительном звуке.
Именно поэтому он и не услышал, как дверь в его комнату открылась с едва различимым скрипом и серая тень практически беззвучно скользнула к кровати. Потом замерла перед ним, словно набираясь решимости, и, наконец склонившись, откинула край одеяла и юркнула под него, прижавшись к Сергею горячим телом.
Что и говорить о том, как отреагировал он, уже давно не ждущий от жизни ничего хорошего. Еще не открыв глаза, Сергей откатился в сторону, но только уперся в стену, не пускающую дальше.
Затем его руки отбросили неизвестного на пол, а сам он вскочил, готовый отразить нападение.
– Ты чего? Бешеный, – вдруг раздался приглушенный шепот.
– Эмка?
– А ты кого думал увидеть, арачи?
– Ты что тут делаешь?
– А ты не ведаешь? Мой ты. Никому тебя не отдам. И что бы родители ни порешили, я твоей буду.
– Ты глупости-то не городи, – шепотом произнес Сергей, спускаясь на пол и помогая подняться едва различимой в темноте девушке.
– С чего ты взяла, что они противиться станут? Мы о том еще в прошлый раз с твоим отцом говорили, и он согласие свое дал. Просто не ожидал он, что я захочу увезти тебя далеко от них. Ему и матери твоей еще привыкнуть к этому нужно. Но я уверен, что все они решат правильно.
– А как не решат?
– Решат, куда они денутся. Во-первых, отец вас любит и хочет счастья. Во-вторых, ты уж не обижайся, но выгоду он чует за версту. Я вообще удивляюсь, как он не развернулся еще у вас на родине.
– Не давали, вот и не развернулся. Там ведь община, помогали все друг дружке, даже распоследнего лодыря тащили. А здесь он сам себе хозяин.
– Ну вот видишь.
– А как не отдаст меня?
– Не отдаст сегодня, отдаст потом, – уверенно заявил Сергей. – Ты ждать-то будешь?
– Буду. Только недолго, – тут же спохватилась Эмка."
"Но Сергей прекрасно понял, что последнее сказано лишь ради того, чтобы он не больно-то затягивал процесс. Да он в общем-то и не собирался.
Хватит, пожил бобылем, пора уж и семьей обзаводиться.
– Я быстро управлюсь, – успокоил он девушку. – Иди спать. Вот увидишь, все будет хорошо.
Едва выпроводив девушку, он даже облегченно вздохнул. Упругое и статное девичье тело, скрытое только легкой ночной рубашкой, не на шутку его разволновало. Да что там, ему все время приходилось бороться с собой, чтобы не повалить ее в кровать, да еще и всячески прятать от нее свое желание.
