Давай? Все будет так, как ты захочешь. Мы будем жить по твоим правилам. Хочешь?
Она схватила его за руку и попыталась притянуть к себе, но Виктор вырвался.
– Ты сейчас похожа на кусок собачьего дерьма, прилипший к подошве, – усмехнулся Витя. – Ты жалкая, ничтожная тварь. Нет, я больше не куплюсь на это. Я и так прожил с тобой из жалости тринадцать лет. Все, хватит!
Она не могла его отпустить. Ира хотела начать все с чистого листа, и она непременно начнет. Если придется… Она встала с колен, вытерла слезы и пошла на лоджию.
Первое, что ей попалось на глаза, была стамеска. Ира взяла ее и вернулась в комнату. Дверь на лоджию осталась открытой, из-за этого в комнате стало холодно. Изо рта при дыхании вырывался пар. Виктор пытался застегнуть молнию чемодана, когда стамеска вошла в спину чуть ниже лопаток. Без особых усилий, как будто Ира воткнула раскаленный нож в кусок сливочного масла. Витя резко обернулся и начал как-то странно закидывать руки назад, словно пытался почесать спину. Ира обошла его и вынула стамеску из спины.
Фонтанчик крови вырвался из открытой раны и почти сразу же затих. Ира снова обошла Виктора и без раздумий и сожалений воткнула стамеску в грудь. Она вошла с хрустом, по рукоятку. Витя захрипел, опустился перед Ириной на колени и начал заваливаться. Непроизвольно, ища опоры, Виктор схватил Иру за бедра и уткнулся лицом в низ живота. Она улыбнулась и отошла в сторону. Хрипящий Виктор упал лицом вниз и через минуту затих.
Сейчас она хорошо помнила, что просветление в мозгу было, и она испугалась.
Именно поэтому ее неверный муженек оказался в чемоданах, сложенный, словно ссаные тряпки. А может, она просто хотела поделиться своим ненаглядным с этой малолетней сучкой? Именно поэтому и рассовала этого мудака по двум чемоданам? Она не жадная. Маленький Галине… ой, простите. Маленький Глебу Борисовичу Сисеву, а большой себе. Все по-честному. Тем более что Гале нужен был только его член.
Ира открыла маленький чемодан. Там лежала голова Виктора. Она взяла ее двумя руками. Бережно, будто это была хрустальная ваза, повернула к себе лицом.
– Ну и как ты теперь относишься к тому, чтобы начать все с чистого листа?
Голова едва заметно кивнула.
– Ты согласен? – Ира едва сдерживала радость.
Снова кивок.
– Ты знаешь, а я рада, что ты наконец вернулся.
Ирина готовила любимый Витин плов и все время говорила. Виктор сидел, прислонившись спиной к стене, и слушал. Она одела его в белую рубашку с длинными рукавами и черные брюки от костюма-тройки.
