В 1959 году, когда мы с Глебом Лукичом…
– Спускайтесь.
– Я не могу говорить и идти.
– Тогда идите!!!
– Нет, ты лучше слушай. Мы с ним посетили замок Таурас. Ах, какое место!
– Роза Константиновна, – прошипела я, – вы стоите на лестнице с внешней стороны дома, на уровне второго этажа, в нижнем белье. Это не совсем подходящая ситуация, чтобы предаваться воспоминаниям! Спускайтесь!!!
Старуха повиновалась, но всю дорогу до земли она ворчала:
– Какое неуважение! Так грубо заставить замолчать пожилого человека!
Наконец мы очутились на клумбе.
Роза Константиновна задрала голову вверх.
– Боже! Это я оттуда слезала?!
Она пошатнулась. Мы с Кирюшей подхватили ее под руки.
– Ерунда, все позади.
– Ага, – дрожащим голосом произнесла старуха, – слава богу!
Мы гуськом пошли к входной двери, и тут из близлежащих кустов вынырнула… Галина Михайловна. Несчастная Роза Константиновна попятилась. Дети разинули рты.
– Что вы тут делаете? – крайне невежливо от растерянности спросила я.
– Душно очень, – ответила мать Кары, – я пошла пройтись. О мой бог, Розочка! Вы? В таком виде? Что стряслось?
Повисла тишина. Потом Кирюша выдал:
– Мы резались в карты на раздевание. Роза Константиновна проиграла.
– Что?! – обомлела Галина Михайловна. – Карты? На раздевание?
И тут Роза Константиновна совершила геройский поступок.
– Что же необычного усмотрели вы в данном факте? – царственно вздернув голову, поинтересовалась она. – Или я не могу повеселиться?
Галина Михайловна смешалась:
– Нет, но… Такая забава… Я бы никогда не приняла в ней участие!
Роза Константиновна глянула на соперницу и злорадно заметила:
– Конечно, в вашем возрасте не стоит, но я-то моложе!
Выпустив стрелу, она с гордо поднятой головой продефилировала ко входу.
У меня создалось впечатление, что на старухе не лифчик с трусами, а шикарное платье, за которым волочится шлейф.
Глава 29
К Тине в спальню я вошла в полвторого ночи.
– Ты спишь?
– Ну, в общем, да, – послышался с кровати сонный голос.
– Что случилось?
– Сядь.
Тина покорно вылезла из-под одеяла и со вкусом зевнула.
– Ну?
– Откуда ты узнала, что отец мертв?
Девочка поморгала глазами:
– Ну… Ты же закричала…
– Нет, врешь!
– Я всегда говорю правду!
– А сейчас лжешь!
– Ты что, Лампуша?
– Нет, это ты что, Тиночка! Послала меня в кабинет, чтобы посмотреть, перестал Глеб Лукич сердиться или нет, а сама великолепно знала – он мертв.
– Ты чего…
– Ничего.
