Просила учиться, потому что мне это может пригодиться. Остужала мой пыл и гнев, направляя его в верное русло. Ей удалось меня обуздать. Она стала первой женщиной, кто смогла выступить моим заземлением. В голове до сих пор ее слова, которые я повторяю, как мантру: нужно уметь останавливаться, чтобы видеть дорогу.
К пятому классу стал нормально учиться. Дураком я и раньше не был, просто усидчивости не хватало. Позже увлекся программированием, радиоэлектроникой. Это мне действительно помогло. Вырубить любую систему безопасности сейчас я могу чуть ли не с закрытыми глазами.
У нас была нормальная семья. Обычная. С братом мы ходили на дзюдо, плаванье, летом с родителями летали в отпуск. Оба мечтали стать полицейскими, как отец. Мы гордились им, считали эталоном. Все, как у нормальных людей, но…
Есть в каждой грустной или эпичной истории одно малюсенькое «но», которое можно считать точкой невозврата. У каждого это «но» свое. У меня оно тоже было.
Мне было пятнадцать, когда на моих глазах убили отца.
Это сделали его коллеги-менты. Батя был принципиальным, считал, все должно быть по закону и влез туда, куда не стоило. За это поплатился. Он, как чувствовал неладное и отправил нас к бабке, но я вернулся. Уже не помню, зачем, потому что картина, как отца пытали, мучили его разными экзекуциями, до сих пор перед глазами. Вервольфы не просто убивали, они наслаждались его мучительной смертью, ловили в этом чистый кайф, как наркоман первосортным героином. А я смотрел за всем через окно и ничего не сделал, за что до сих пор не могу себя простить.
После похорон у меня сорвало крышу и я дал себе слово — отомстить каждому причастному. До момента, как найду всех шестерых пройдет девять лет и я пройду путь становления от обычного подростка до участника местной банды малолеток, затем пойду выше, обзаведусь нужными связями. Я был востребован в преступном мире, потому что обладал большим потенциалом, мозгами, отсутствием жалости и стойкой ненавистью к людям в форме.
Я добивался все новых и новых высот в погоне за местью, получив колоссальный опыт и поддержку со стороны криминального мира, но поплатился потерей семьи. В восемнадцать лет я ушел из дома.
Арина догадывалась, что я начал свой путь на дно, считая его восхождением на вершину. Но догадки догадками, я отнекивался от любых ее вопросов, придумывая отговорки, но когда меня подстрелили в первый раз на одной из разборок, скрыть не получилось.
