Оставляли только своих, «списочных», да для разбавки некоторое количество терпил, которые потом не пройдут по баллам."
"И вот настал тот день кровавый. В аудитории, куда вошел бледный и решительный Дарновский, за столом сидела комиссия из трех человек: посередине щекастый председатель с огромной, будто раздутой башкой и зачесом на малиновой лысине; по бокам еще двое, парень и баба, но на них Роб едва взглянул. Ясно было, что основняк тут Щекан Зачесович. Бой Руслана с Головой, бодрясь сказал себе Роб, разглядывая бугристую проплешину председателя.
Услышав фамилию абитуриента, тот вдруг заулыбался, приветливо сощурил припухшие глазки.
«Дарновский, Дарновский… кажется, был такой, точно был…»
Чего-чего? Где это я был?
Роб насторожился.
Но председатель полистал блокнотик, насупился.
«Нет, тут Тарновский. А это Дарновский. Ну и шнобель, еврей что ли, вот наглая нация, МГИМО ему подавай. Что бы ему такое вчекалдычить?»
И вчекалдычил:
– Ну, молодой человек, расскажите нам про всемирно-историческое значение Великой Октябрьской Социалистической Революции, по пунктам.
Вопрос бы подлый, каверзный. Все эти чертовы пункты нормальный человек ни за что не упомнит, какой-нибудь обязательно пропустит.
Начал Роб резво:
– Великая Октябрьская Социалистическая Революция открыла пути решения коренных проблем, выдвинутых всем ходом мировой истории: о будущем обществе, о социальном прогрессе, о войне и мире. Подтвердила ленинскую теорию социалистической революции…
Потом, пункта примерно с десятого, сбавил темп, давая Щекану возможность включиться – мысленно подсказывать.
И всё пошло путем, закончил, как под диктовку:
– И последний, шестнадцатый пункт: Великая Октябрьская Социалистическая Революция послужила вдохновляющим импульсом для развития новых, революционных форм гуманистического искусства.
«Вот зараза. Ничего, я тебе про нацосвдвижение».
– Ну как же, – расстроенно развел руками председатель. – Как можно было не упомянуть о таком факторе глобального значения…
– Да-да, – перебил его Роб.
– Великая Октябрьская Социалистическая Революция явилась переломным рубежом в развитии национально-освободительного движения и положила начало кризису колониальной системы.
«Вот … – неожиданно проскочило в мыслях Зачесовича матерное слово, – с языка снял, засранец».
Он с неудовольствием покачал головой:
– Поживей надо, поуверенней. Ведь это Великая Октябрьская Социалистическая Революция. Ладно, дадим вам еще шанс.
