Это оказался холст размером пятьдесят на семьдесят дюймов «Бегство в Египет», такой темный и грязный, что с трудом можно было разобрать, какое это бездарное дерьмо, работа какого-то подражателя Караваджо, не умеющего рисовать.
— Что вы об этом думаете, синьор? — спросил Бальдассаре.
Я сделал вид, будто меня сейчас вырвет, и он рассмеялся.
— Чья это мазня? — спросил я.
— Имя художника стерлось из истории, но картина относится приблизительно к тысяча шестьсот пятидесятому году, она была написана в Риме, и использован такой же льняной холст тончайшего плетения, какие любил Веласкес.
Так что мы очистим его от этого дерьма и вы будете писать на замечательном клеевом грунте семнадцатого века.
— И подрамник тоже будет соответствующего периода, — добавил я.
На лице у Бальдассаре появилось хитрое выражение, и он сказал:
— Да, всему свое время.
Лишь гораздо позже я понял, что он имел в виду.
Бальдассаре говорил медленно на смеси итальянского и английского, и я понимал его достаточно хорошо. Тощий и лысый, он, наверное, уже разменял восьмой десяток; маленькие очки в золотой оправе, голый череп, весь покрытый печеночными пятнами, с бахромой седых кудрей.
Он был похож на Джепетто из мультфильма «Пиноккио», сходство дополняли фартук, засученные рукава и шейный платок.
Я спросил его про краски и кисти, и он провел меня к столу, на котором были аккуратно расставлены бутылочки и баночки, а рядом лежала кучка старых кистей. С гордостью в голосе Бальдассаре объяснил, что я вижу."
"— Основные пигменты, все в точности такие же, как те, которыми пользовался в тысяча шестьсот пятидесятом году Веласкес; естественно, мы используем известковый шпат, чтобы добавить прозрачности глянцу.
Для желтого пигмента — оксид олова; для красного — вермильон ртути, красящий лак, красный оксид железа; для синего — смальта и лазурит. Мы окислили смальту, поэтому она более серая, чем была бы тогда, когда ее якобы накладывали, и вам нужно будет помнить об этом при ее использовании. Затем коричневый — бурый оксид железа, охра, оксид марганца.
Зеленых пигментов нет — Веласкес всегда получал зеленый, смешивая другие пигменты, как вам, несомненно, известно.
— Да, но что насчет красящего лака? Это же органическое вещество, и его возраст можно установить.
Бальдассаре просиял и кивнул, словно разговаривая с туповатым, но прилежным учеником.
— Да, совершенно верно, а Веласкес его не жалел. Нам удалось найти большие запасы очень старой красной материи, и мы извлекли краситель с помощью щелочи.
