— Ой-ёй! Таким мечом бьются в пешем строю, а дворяне предпочитают сражаться на коне... На нём проще убежать, случись чего.
Губы Красного растянулись в улыбке, но по глазам было видно, что его не раз бросали на поле боя те, кого принято называть благородными рыцарями.
— Их мечи куда длиннее и требуют куда большего мастерства, — продолжил он. — И если ты хочешь сражаться ими, то тебе придётся искать других учителей. Мы умеем обращаться только с простым оружием.
Меч и правда был прост: прямой клинок, треугольное остриё, круглые навершие и гарда.
По-настоящему солдатское оружие — функциональное, но не лишённое лаконичного изящества.
Спица протянул мне деревянный макет весом под килограмм. Солидная штуковина, баланс которой сильно отличался от того, к которому я привык, орудуя ножами. Отполированная за долгие годы использования рукоять удобно легла в ладонь — страшно представить, сколько новобранцев успели подержаться за неё до меня.
— Кулак должен быть плотно поджат навершием и гардой, — негромко сообщил Спица.
— Иначе можно повредить кисть...
Теперь настал черёд техники безопасности — тоже полезная тема. Скучная, правда, поэтому многие бойцы частенько пропускают её мимо ушей, благородно обеспечивая работой врачей и похоронные службы.
Спица сразу продемонстрировал мне правильную стойку, которая оказалась удивительно похожа на ту, что используют в боксе. Руки, правда, требовалось держать чуть иначе: вооружённую нужно было согнуть в локте и отвести назад, чтобы иметь возможность нанести быстрый укол, а вторую просто прижать к телу.
Я ожидал, что сейчас притащат какой-нибудь манекен или соломенное чучело, на котором можно будет тренировать удары, но ничего подобного: первые пару часов мне пришлось отрабатывать стойку и ходить вперёд-назад, сохраняя правильное положение тела. За моим «променадом» внимательно следили ветераны, не стеснявшиеся каждые несколько секунд давать советы и рекомендации, противоречащие друг другу.
— Бросал бы ты это дело! — сообщил через два часа Пуллон.
— От одиночки толку мало — нужен строй!
Резон в этих словах был, но я всё равно не собирался прекращать тренировки. Почти всю прошлую жизнь мне приходилось действовать одному, и если отбросить ложную скромность, у меня неплохо получалось.
Я обучен и подготовлен так, чтобы выполнять задачи без поддержки и прикрытия: быстрое нападение на противника, нанесение как можно большего урона, а затем — добивание выживших. Или отступление, если что-то пошло не так.
