И ты не задавал бы глупых вопросов, если бы слушал наш с Марком разговор, а не разглядывал облака на небе.
— Они помогают мне размышлять о пути...
— Это прекрасно, — ухмыльнулся я. — Но ни облака, ни твой проклятый путь не защитят тебя от стрел, а вот лошадь и телега — могут. Хотя мне, если честно, с каждым мгновением Заноза нравится куда больше тебя, поэтому давай, иди там, где собирался. Глядишь, поймаешь своей бесполезной тушей пару десятков стрел и болтов.
— Так бы и сказал... — пробормотал Фольки, сразу перейдя на нужную сторону.
— Глянь-ка, девку-то уже взяли...
Рита действительно добралась до «поломанной» телеги, и мужики ухватили её за руки и плечи, не давая пройти дальше. Не знаю, о чём они там говорили — до нас доносились только неразборчивые обрывки фраз — но судя по жалобным вскрикам девушки и довольному гоготу «крестьян», нам следовало поторопиться.
Рыцарь в сверкающих доспехах уже бы мчал на помощь красавице, но я пока не рыцарь, поэтому предпочту действовать благоразумно, а не благородно.
Думаю, для самой Риты будет куда лучше, если мы рутинно перережем разбойников, следуя плану, чем дружно погибнем в самоубийственной, но красивой атаке.
— Вижу, что взяли, — сказал я.— Разберёмся, езжай. Как приблизимся, на рожон не лезь, веди себя так, словно ничего не знаешь и жди сигнала. И не забудь, что в телеге лежит копьё и щит.
— Забудешь о них... Эти уродцы будут преследовать меня в страшных снах...
— Не будут, — рявкнул я. — Если не перестанешь трепаться, то до кошмаров не доживёшь!
— Ладно-ладно!
Фольки дёрнул поводья, и повозка покатилась вперёд.
Я отстал буквально на пару шагов, оказавшись в том месте нашего «каравана», где и полагалось быть юноше — сзади, за спиной взрослого мужика. По счастливому стечению обстоятельств это место было наиболее безопасным: от возможного выстрела меня закрывали не только телега с лошадью, но и могучая фигура северянина.
По обеим сторонам дороги росли густые кусты, поэтому о пути отхода можно было не думать. Если что-то пойдёт не так, то растительность надёжно прикроет меня и от чужих глаз, и от стрел.
..
Заметив, что мы наконец двинулись в их сторону, один из мужиков — пузатый, но мускулистый — «приобнял» Риту за плечи, а другой сделал несколько шагов к нам на встречу. Он пригладил длинные усы и попытался изобразить дружелюбную улыбку, но получился только звериный оскал.
— Не проходите мимо, люди добрые! Телега нас подвела, ступица обло... — подготовленная заранее речь оборвалась на полуслове.
