– Что это значит? – голосом выталкивает мощнейшие, слабо контролируемые, но не до конца понятные мне эмоции. – Ты хочешь сделать вид, что ничего не было? Что ни хрена не изменилось? Пойдешь к нему?.. И что?! Позволишь обнимать себя?! Целовать?! Об этом сейчас говоришь?!
– Ян…
Пошатнувшись, хочу подойти к нему. А получается так, что пячусь назад, потому как он слишком агрессивно напирает.
– Ответь на мои вопросы, Ю, – требует жестким тоном.
Хватая губами воздух, пытаюсь избавиться от иллюзорной запыленности в организме.
Все функции из-за этого смога сейчас заторможены. Мозги не работают, а дать полную волю чувствам я не имею права.
– Почему ты молчишь, Ю? Отвечай, блядь, на чертовы вопросы! – кроет Ян криком. – Как ты себе представляешь ситуацию? Хочешь продолжить играть с Усмановым в любовь?! Какая моя роль? М? Я должен, как раньше, прикидываться, что ваши поцелуи меня не ебут?! Так, что ли?!
– Конечно, нет… – шепчу я рвано.
Но Яна такой вопрос не устраивает. Он словно бы и не слышит его.
Продолжает свой монолог:
– Не получится, Ю! Ясно тебе?! Не получится!!!
Обида, стыд, вина, грусть, настоящая злость… В моей груди закипает волна.
– Конечно, нет! Поцелуев не будет, Ян, – этот выдох словно разгон. Прежде чем выпалить, срываю голос от болезненного возмущения: – Разве сам не понимаешь?! С кем-то, кроме тебя, я уже не смогу целоваться!
Мои слова достигают цели. Производят должное впечатление.
Ян с надрывом переводит дыхание и толкается к моей переносице лбом.
Ладонью шеи касается. Проводит большим пальцем по гортани. Не прекращая на повышенных оборотах циркулировать воздух, поражает мои губы густой и горячей смесью мяты, табака и себя самого.
– Ты не сможешь, Ю, – повторяет тихо, соглашаясь с моим признанием. – А он? А-а? Ю?
– Ян… Святу тоже сейчас не до поцелуев. Он сильно расстроен!
– Ты наивная, просто пиздец… – со смехом отступает.
Но глаза в этом действии не участвуют.
Они больные, встревоженные и несчастные.
– Ю… – выталкивает со свистом и дрожью Ян.
– Не надо так. Не откладывай этот чертов разговор. Подумай обо мне, зай… Я же с ума сойду от мысли, что ты с ним! Меня уже кроет! Разве ты не понимаешь?!
– Я понимаю… – выдыхая это, беру Яна за руки, чтобы остановить хаотичную резкость его нервных перемещений. – Успокойся, пожалуйста. Я люблю тебя, клянусь.
И снова вижу, что удается достучаться. Хоть Нечаев и не отражает мои чувства, вижу, как много они для него значат.
