И самое главное – каждый день сиди в визовом отделе и пей чай с тамошним клерком, Мохаммедом, чтобы убедиться, что твои документы действительно отправили в Кабул на обработку».
Афганское посольство оказалось весьма скромным, ничем не примечательным зданием в дипломатическом квартале города. Визовый отдел представлял собой маленькую комнатку в боковой части посольства, куда имелся отдельный вход. Другие чиновники посольства могли видеть, что происходит в визовом отделе, через маленькое окошко. Запах в комнате стоял удушающий.
Моложавый мужчина с пухлыми щеками и черной бородой, спускающейся на грудь, сидел за столом. На голове его красовался белый тюрбан. Это бы тот самый Мохаммед, о котором говорил Эд. Напротив стола стояли потрепанный диван и несколько стульев. В комнату постоянно входили и выходили сотрудники ООН и их водители-афганцы. Только мужчины! Когда вошла я, на лице Мохаммеда проявилось изумление, но он быстро взял себя в руки и глазами указал на потрепанный диван. При этом он продолжал работать с мужчинами – даже с теми, кто пришел после меня.
В конце концов он все же меня подозвал. На английском он говорил очень плохо. Я подала ему свой паспорт, думая, что он тут же прогонит меня, увидев, что я из Штатов.
– Вы замужем? – спросил он.
– Да, замужем, – ответила я. – У меня двое сыновей остались в Нью-Йорке.
Он взял мои документы и велел приходить через три недели. Я кивнула.
Вернулась я на следующий день. Мохаммед не возражал. Я была осторожна и не разговаривала с ним, если он не задавал мне вопросов первым.
Первые два дня (из девяти!) мы сидели молча. На третье утро я решила нарушить правило Эда.
– А вы женаты, Мохаммед?
Он сразу же ответил:
– Нет. Жены нет. Моя мать умерла, и у меня нет жены. Я не могу найти жену. Мои братья ищут для меня, но нужно слишком много времени.
Говоря о себе, Мохаммед мгновенно изменился. Он поднял подбородок и стал смотреть на меня. Я поняла, что отсутствие семьи заставляет его страшиться за свое будущее. Статус афганского мужчины во многом зависит от наличия сыновей.
– Но вы обязательно найдете себе женщину, – сказала я.
– Слишком трудно… Без помощи матери или сестры найти жену в Афганистане невозможно. Мужчины и женщины не общаются вне дома. Только моя семья может найти мне жену… – Он выглядел очень несчастным.
В этот момент в комнату вошел какой-то чиновник посольства, и Мохаммед замолчал. Я опустила глаза и ушла.
На следующее утро Мохаммед встретил меня улыбкой.
