– Вас порекомендовали мне, мистер Хэтерли, не только как опытного специалиста, но и как человека благоразумного и умеющего хранить тайну».
Я поклонился, польщенный этой характеристикой; да и какой молодой человек не был бы ею польщен?
«Могу я узнать, кому обязан столь похвальным отзывом?»
«Вероятно, будет лучше, если я в данный момент об этом умолчу. Из того же источника мне стало известно, что вы потеряли родителей, не женаты и проживаете в Лондоне один».
«Совершенно верно, – подтвердил я. – Но, простите, мне неясно, какое отношение все это имеет к моей профессиональной квалификации.
Вы ведь желали побеседовать со мной именно по делу?»
«Безусловно. Вы убедитесь, что впустую я ничего не говорю. У меня к вам деловое предложение, однако тут крайне важно соблюдать полнейшую секретность – полнейшую, вы понимаете? Естественно, что мы скорее доверимся человеку одинокому, нежели семьянину».
«Если я дам обещание хранить тайну, – сказал я, – вы твердо можете рассчитывать на то, что слова я не нарушу».
Полковник пристально в меня всмотрелся: столь испытующего и недоверчивого взгляда и не припомню.
«Значит, такое обещание вы даете?» – спросил он, выдержав паузу.
«Да, разумеется».
«Обещаете хранить полное и нерушимое молчание до, во время и после работы? Ни разу о ней не обмолвитесь – ни устно, ни письменно?»
«Я уже дал слово».
«Очень хорошо. – Полковник вскочил на ноги, молнией метнулся через всю комнату и распахнул дверь настежь. Коридор был пуст. – Так, все в порядке, – заметил он, вернувшись на место.
– Я знаю, что клерки порой любят совать нос в дела хозяев. Теперь мы сможем поговорить без опаски».
Полковник придвинул свой стул почти вплотную к моему и снова впился в меня тем же испытующим взглядом.
Странные выходки этого полускелета вызвали во мне все нараставшую неприязнь и нечто похожее на страх. Даже боязнь потерять клиента не могла удержать меня от нетерпеливых слов:
«Не соблаговолите ли изложить суть дела, сэр? Мое время мне дорого».
Да простит небо мне эту последнюю фразу, но она вырвалась у меня помимо воли.
«Пятьдесят гиней за ночь работы вас устроят?» – спросил полковник.
«Более чем».
«За ночь работы – не совсем верно, куда точнее – за час. Мне всего-навсего хотелось бы услышать ваше мнение о гидравлическом прессе, который вышел из строя. Если вы укажете нам на неисправность, мы быстро отремонтируем его собственными силами. Что скажете о таком поручении?»
«Задача, по-видимому, несложная, а вознаграждение щедрое на редкость».
